Родриго оглядел собравшихся. Глаза всех были устремлены на него: Витторио и Джанны, Бернардо и Лючии. Здесь же находились Карло с Лаурой. Как сказал принц, их тоже «приняли» в семью Алессандро в результате брака Родриго и Джульетты.
И, конечно, верный Аристо сидел поодаль, готовый, если потребуется, прислужить за столом. Ему тоже интересно. Понимает ли карлик, как любит его Данте? Ведь в других знатных семьях карлики и вообще люди с физическими отклонениями служат лишь шутами и клоунами.
Аристо же в семье принца Монтеверди никогда не подвергался насмешкам и унижениям. Его мнение всегда выслушивалось с вниманием, знания и опыт уважались. Для Данте свойственно ценить человека по уму и сердцу, а не по рождению и внешности. Да, принц сумел вознаградить своего слугу за те годы, которые тот провел у бывшего епископа Флоренции.
— Вижу, я в меньшинстве, — вздохнул Родриго, чувствуя, что ожидание достигло предела. — С двумя друзьями я был на юге Франции, у подножия Пиренеев. Мы собирались принять участие в турнире. Один из друзей, Жак, был так увлечен красотой гор, что убедил меня совершить восхождение после турнира. Осень подходила к концу…
— Это же опасно! — нахмурилась Джульетта. — И разве в горах в это время не бывает снега?
Родриго снисходительно улыбнулся.
— Cara, в Пиренеях всегда лежит снег, только зимой его больше.
— Но как величественны горы, — добавил отец Антуан, — снег чистый, свежий, первозданный, как в раю!
— Довольно холодный рай, — кисло заметил Родриго. — И опасный, особенно если вы неподходяще одеты или заблудились. И вообще, если относитесь к горам без должного уважения.
— Для меня и в Тоскании достаточно холодно, — поежилась Лючия. — Хотя снег, должно быть, прекрасен.
— Мы и не ведали, — продолжал Родриго, — что ночью случился обвал.
— Молодые и самонадеянные, — покачал головой отец Антуан. — Даже не позаботились взять проводника.
— Молодые и невежественные, — мягко поправил его Родриго. — Но в этом случае Бог был нашим проводником. Потому что он вывел нас к вам, падре Антуан.
Священник кивнул.
— Верно. Лавина снега погребла меня под собой. Даже mon shien[53] не могла до меня добраться.
— Собака и привлекла наше внимание, — объяснил Валенти. — Он расправил скатерть с вышитыми на ней лилиями, взгляд его стал задумчивым: — Такой прекрасной собаки я никогда не видел — белая, как лежащий вокруг снег, который она рыла. Подбежала к нам, залаяла, но не отгоняя, а словно хотела что-то сообщить. Что-то важное и срочное.
— Это был пес, — глаза отца Антуана затуманились. — Умное и храброе животное. Мне его не хватает.
— А что с ним случилось? — слегка нахмурилась Джульетта.
— Ты можешь подождать, Джетта? — мягко, но укоризненно сказал Никко, явно раздосадованный вмешательством женщины. — Пусть Риго рассказывает!
Получив выговор, Джульетта притихла, поджав губы и явно обидевшись на брата. Родриго знал, что долго она так не усидит, он уже чувствовал, как рой вопросов кружится в ее прелестной головке, и мысленно улыбнулся.
— И что потом? — не отступал Никко.
— Мы начали раскапывать снег. Из-за солнца он тяжелел, а это опасно для того, кто завален.
— Достаточно сказать, — вмешался священник, — что они нашли меня полумертвого, bien sur[54], но я крепче, чем выгляжу. А потом я подарил Родриго одного из щенков Бижу.
— Так Бо — сын настоящего героя! — восторженно воскликнула Лючия. — Как только я увидела его на турнире, сразу поняла, что он особенный!
Вероятно, услышав свое имя, Бо вылез из-под стола, где сидел у ног хозяина. Он ткнулся носом в бедро Родриго, стол покачнулся, и один из подсвечников опрокинулся. Свеча упала на скатерть, но положение спас Витторио де Алессандро, подхватив ее прежде, чем пламя успело перекинуться на скатерть и салфетки.
— Где твои манеры? — выбранил Родриго пса и приказал сесть.
— Его родитель не был таким буйным, — заметил отец Антуан, — но щенку еще нет и года. Поумнеет.
— А если нет, вы его заберете? — спросил Родриго.
— Не думаю, — вмешался Карло. — Он выживет доброго отца из дома, да и ест слишком много.
— Вы хотите сказать, что Ленци скупо снабжает вас продовольствием? — Данте наклонился к священнику. Тот рассмеялся, но прежде чем успел ответить, принц уже предложил с улыбкой:
— В таком случае, переходите работать ко мне. Я обеспечу вас лучше, чем Ринальдо Ленци, Padre, особенно после того, как вы спасли мою Джульетту.
— Вашу Джульетту спас Бог, — ответил отец Антуан. За столом воцарилось молчание. — Он не хотел, чтобы ваша дочь заболела, а потом прислал Родриго забрать ее из того ужасного места.
Последовала неловкая пауза, пока Каресса не сказала:
— Но ведь не все женщины в Санта-Лючии такие, как аббатиса, — она посмотрела на Джульетту.
— Нет, mamina. Только некоторые… — девушка подумала о сестре Елене, но без мстительной злости. — Все сестры неплохие, просто слишком суровы или введены в заблуждение, они не были злыми, — Джульетта вспомнила о Луиджии и взглянула на отца.
Будто в ответ на ее мысли, Данте отозвался:
