Я действительно не понимала, что такое он там бормочет, но его слова, сказанные интимным шепотом, заводили едва ли не больше жгучих поцелуев и смелых ласк. Я больше не пыталась закрыть глаза, смотрела в его красивое лицо, не торопясь отвести взгляд, также, как и он сам, завороженная открывшимся зрелищем. В этот момент его пальцы там, внизу, пробежались по нежным складкам моей плоти, поглаживая кожу сквозь легкую ткань, и вдруг резко проникли внутрь, заставив меня широко распахнуть глаза.
Дерзкие движения его пальцев внутри моего тела вынуждали меня стиснуть зубы так сильно, как только можно, чтобы заглушить рвущиеся наружу стоны. Его глаза стали совсем темными. Резко выпустив мои волосы, Кайдалов снова привлек меня к себе и поцеловал, напористо, даже грубо проникая своим языком во влажную глубь моего рта. Я задыхалась, дыхание было уже не прерывистым, а очень редким. Голова кружилась, я сжала бедра, меня потрясывало так, как, наверное, не трясло еще ни разу в жизни.
Он рванул на себя мою кофту и мягко провел пальцами по татуировке на моей груди, глупости, на которую толкнула меня когда-то Дашка. Паучок. Под подушечками его пальцев сейчас находился маленький беззащитный паучок. Как символично.
- Когда ты ее сделала? – поинтересовался Кайдалов, с интересом рассматривая татуировку, наклонился и пробежался губами по рисунку.
- Давно… - я скорее выдохнула, чем ответила.
Мой скудный опыт половой жизни ограничивался всего одним партнером, который во время наших занятий петтингом не мог завести меня даже наполовину так, как завел Кайдалов. Тогда у меня еще были накладные ногти, и высшей точкой наслаждения считался момент, когда я царапала спину своего парня до неглубоких ран, а все же те жалкие попытки, которые он предпринимал, надеясь доставить мне удовольствие, нельзя было и сравнить с этим… этим… Сейчас весь мир сошел с ума и поглотил меня, поглотил нас обоих, сжег дотла только ради того, чтобы медленно, по кусочкам восстановить оставшийся пепел. Я балансировала прямо по краю, и сейчас, пока огненная лава только готовится застелить собой пошатнувшуюся реальность, я хотела принять его в себя. Не ловкие пальцы, высекающие внутри меня целый пожар, а член.
Но Сергей никуда не спешил, продолжал свою пытку, словно не замечая подбирающегося ко мне финишного огня. Тем не менее, он успел поглотить мой вскрик своим быстрым поцелуем.
Но мне нужно было больше. С трудом оторвавшись от его сладких губ, я решительно потянулась к ремню на его джинсах, в нетерпении дернула на себя, спеша, сгорая от бездействия и долгого ожидания. Сергей не торопился мне помогать, с ремнем и молнией мне пришлось справляться самостоятельно, а когда я все-таки справилась, то просто не верила, что сейчас… да, именно сейчас…
Тихий шелест обертки, пара-тройка секунд, и он вошел в меня, заполнив собой до упора. Я едва успела закусить губу, очень сильно, до острой боли и лопнувшей кожицы. Во рту появился противный привкус крови, но я уже не обращала на него никакого внимания. Я резко обхватила руками шею Сергея, притягивая его ближе, словно призывая погрузиться в себя как можно глубже. Я таяла в его умелых руках, в то время как мое тело сотрясало от мощных толчков, подводящих нас обоих к необходимой и такой долгожданной разрядке.
Невероятно. То, что происходило сейчас здесь, со мной, в его крепких объятиях. Я стала еще одной глупой жертвой с помутненным рассудком, или, рискнув, вытянула счастливый билет в рай?
- Зубы острые в самое сердце вонзает… И кровь у нее выпивает…
Я мало что соображала в тот момент. Лишь позже, намного позже ко мне пришло, наконец, то самое необходимое понимание. Глупая муха все-таки угодила в любовно сплетенную для нее паутину, старичок-паучок оказался слишком развратен и шустр, он без особых проблем заполучил себе новую игрушку. Я пойму это далеко не сразу, потом, но осознание печального факта станет ощутимым ударом в самое сердце.
Опустошенное укусами острых паучьих зубов…
Но кто из нас не совершал фатальных ошибок?
Глава 16
Скачано с сайта knigomania.org
ГЛАВА 16
С этого дня все кардинально переменилось. Я, можно сказать, «официально» признала свое поражение, а Сергей принял победу, правда, достойно, не так, как я могла бы предположить. Он ни единым жестом или словом не намекнул, что теперь моя роль в его фильме закончена, напротив, был неожиданно внимателен и дал понять, что сегодняшний эпизод положил начало совсем другому продолжению наших странных, мне самой не совсем понятных отношений.
Жалела ли я о том, что произошло? Нет, в моей душе творился полный раздрай, попытки принятия собственных чувств к Кайдалову переплетались с легким стыдом, но вот сожаления не было ни капли. Из меня вообще выходит плохой игрок, ведь мое поведение заранее можно предсказать, особенно если имеются такие таланты, как у Сергея Викторовича. Он подавил меня собой, не оставив мне ни малейшего шанса на призрачную победу, а я, в свою очередь, уже не имела никаких сил, чтобы попытаться оспорить это решение и выйти на арену уже в роли претендента на реванш.
