– А… – протянул Пёстренький и громко расхохотался. – Я-то гляжу, откуда тут вдруг певица взялась! А это, оказывается, Блинчик! Вот номер!
В это время заиграл оркестр, и певица запела. Незнайка и Пёстренький так и покатились со смеху. Они никак не ожидали, что у Блинчика окажется такой тоненький голос. Все вокруг сердились и просили их не шуметь, а Незнайка давился от смеха и говорил Пёстренькому:
– Вот чудаки! Они воображают, что это на самом деле певица.
Когда песня кончилась, все громко захлопали в ладоши, а Незнайка принялся кричать во всё горло:
– Браво, Блинчик!
– Довольно тебе чушь городить! – сказала ему Кнопочка. – Разве ты не видишь, что это не Блинчик?
– Кто же это? – удивился Незнайка.
– Это певица Звёздочка. Не слышал разве, как Фантик сказал?
– Тьфу! – с досадой плюнул Незнайка. – То-то я гляжу, что у неё лицо совсем не такое, как у Блинчика… Слушай, Пёстренький, это не Блинчик.
– Как – не Блинчик? – удивился Пёстренький.
– Да так, просто не Блинчик – и всё.
– Кто же это тогда?
– А шут их тут разберёт! Какая-то певица Звёздочка.
– Ну вот! – сердито проворчал Пёстренький. – То Блинчик, то не Блинчик! Совсем запутали публику! С ума тут с ними сойдёшь!
В это время певица запела новую песенку, но Незнайка уже не слушал. Теперь, когда он знал, что перед ним настоящая певица и никаких фокусов с переодеванием тут нет, ему было неинтересно. От скуки он начал вертеться на стуле и зевал во весь рот; наконец придумал для себя развлечение: прижимал ладони к ушам и тут же отпускал их. От этого вместо пения ему слышалось что-то вроде лягушиного кваканья. Певица с беспокойством поглядывала на него, так как он сидел впереди, на самом видном месте. Всё-таки она кое-как допела до конца песню, после чего ушла и больше не возвращалась. Незнайка очень обрадовался, но тут пришёл Фантик и объявил:
– А теперь перед вами выступит известный певец, по имени Фунтик.
На сцену вышел певец Фунтик в красивом коричневом костюме. Из бокового кармана у него торчал кончик кружевного платочка, а на шее был беленький бантик, такой же, как у Фантика.
Фунтик учтиво поклонился публике и запел мягким, приятным голосом. Все застыли в восторге. А когда пение кончилось, поднялась целая буря: кто хлопал в ладоши, кто стучал ногами, кто кричал «браво». Кнопочка тоже изо всех сил хлопала в ладоши и кричала «браво». Шум продолжался до тех пор, пока певец не запел снова.
– Ну вот! – сердито проворчал Незнайка. – Прямо наказание какое-то! То Звёздочка пищала, а теперь этот Фунтик донимать будет!
– Ты, Незнайка, какой-то чудной, – сказала Кнопочка. – Всем пение нравится, одному тебе почему-то не нравится.
– Э! – махнул Незнайка рукой. – Всем хочется показать, будто они много понимают в пении, вот и делают вид, что нравится.
– А вот и неправда! – ответила Кнопочка. – Я, например, никакого вида не делаю. Мне на самом деле нравится, как поёт Фунтик.
– «Фунтик, Фунтик»! – скорчив гримасу, передразнил Незнайка. – Скажи просто, что ты влюбилась в этого Фунтика!
– Я?! – вспыхнула Кнопочка.
– Ты! – угрюмо буркнул Незнайка.
– Влюбилась?!
– Влюбилась.
– Ах ты… Ах ты…
От негодования Кнопочка не находила слов и, замахнувшись, хотела ударить Незнайку кулаком по макушке, но вовремя сдержалась и, отвернувшись от него, с презрением сказала:
– Вот скажи мне ещё о любви хоть слово – увидишь, что будет! Я с тобой больше не разговариваю, так и знай!
Концерт между тем продолжался. После Фунтика выступали фокусники, акробаты, танцоры, клоуны. Всё это были очень весёлые номера, но Кнопочка даже не улыбнулась, глядя на них. Она не на шутку обиделась на Незнайку. Подумать только! Как он смел сказать, что она в кого-то влюбилась! Настроение у неё было испорчено, и выступления артистов уже не доставляли никакого удовольствия. Зато Незнайка и Пёстренький смеялись до упаду, то есть под конец представления упали со стульев, а Пёстренький даже ударился головой о ножку стула и набил на макушке шишку.
На этом представление окончилось, и через несколько минут наши путешественники уже мчались на кнопочном автомобиле обратно в гостиницу. Они ещё ни разу не ездили по городу ночью и поэтому не отрываясь глядели на изумительную картину, которая развёртывалась перед их глазами. Сверху над ними чернело ночное небо, но вокруг было светло как днём. Сначала им казалось, что свет лился откуда-то сверху, потом стало казаться, что свет лился откуда-то снизу. На самом же деле свет лился со всех сторон, потому что и дома, и газетные киоски, и палатки с газированной водой, даже тумбочки на тротуарах – всё было окрашено светящимися красками.
