И однако в этом человеке была какая-то сверхъестественная, волшебная сила. А волшебство заключалось в том, что она сама жаждала принадлежать кому-то, ей самой хотелось довериться этому человеку…
Она зарыдала и полетела к нему – к мужчине, который был ее судьбой. Он обладал властью над нею, он мог поймать ее и посадить в клетку, надеть ей на голову клобучок и сделать незрячей, мог заставить ее подчиниться.
– Нет! – кричала она, сопротивляясь его власти. – Я не сделаю этого! Не сделаю! Внезапно чьи-то сильные руки обхватили ее плечи, прижав к постели так, что она не могла пошевелиться. Но голос звучал неожиданно нежно:
– Фрэнк, вы меня слышите? Все в порядке, вам просто приснился дурной сон. Просыпайтесь.
Фрэнсис открыла глаза, и сразу яркий солнечный свет ударил ей в лицо. Рядом с ней был Чарльз, и она невольно потянулась к нему в поисках защиты.
– Все хорошо, – успокаивал он ее. – Это был ночной кошмар, ничего больше.
– Держите меня крепче! – Фрэнсис обвила руками его шею, но, когда он наклонился, чтобы поцеловать ее, она оттолкнула его. – Нет! Я не могу! Мне… мне очень жаль, – бормотала она, отчаянно желая его, но умирая от страха.
Смысл сна был для нее слишком ясен – она не может перенести, чтобы ею управляли.
– Все в порядке, – спокойно произнес Чарльз. – Вам необязательно целовать меня утром, даже если вы целовали меня ночью.
Неужели она его целовала? Смутные воспоминания всплыли в ее сознании. Да, она целовала и дразнила его! Как она могла позволить себе такое?! Ведь Чарльз теперь подумает, что она просто-напросто шлюха?!
Но когда Фрэнсис решилась взглянуть на него, его карие глаза успокоили ее – Чарльз ласково улыбался, и она с облегчением вздохнула.
Ориана сидела поблизости на спинке стула и смотрела на них острыми золотистыми глазами. Фрэнсис протянула руку, чтобы погладить свою птицу.
– Наверное, я действительно целовала вас, но это получилось непроизвольно. Я была так благодарна вам и так хотела выразить свою благодарность…
Фрэнсис прекрасно знала: это далеко не все, что она чувствовала тогда. Но Чарльзу было вовсе не обязательно об этом знать.
– Как ваша щека? – спросил он.
– Лучше. А как она выглядит?
– Она становится сине-зеленой, – заявил Чарльз, внимательно осмотрев ее лицо. – Но опухоль спадает. А это уже большое достижение.
Фрэнсис улыбнулась ему. Хвала небесам, он совсем не похож на Антуана, который вечно рассыпался в лживых комплиментах. Когда она выглядит ужасно, Чарльз не кривит душой, а говорит правду. Но главное, он защищает ее. Он настоящий друг – не на словах, а на деле. Чарльз вырвал ее из лап испанцев и уничтожил коварных убийц. При воспоминании о них Фрэнсис вздрогнула, и он снова обнял ее.
– Вы в безопасности, дорогая. – Его руки успокаивали – добрые, нежные руки. – Эти дьяволы больше не будут тревожить вас.
Фрэнсис на мгновение прикрыла глаза, наслаждаясь прикосновением его рук, потом откинула одеяло и попыталась сесть.
– О, моя голова! – Она со стоном спрятала лицо в ладонях. – Этот ужасный напиток… Я никогда в жизни больше не прикоснусь к нему.
Чарльз тихо засмеялся.
– У вас похмелье, совершенно явное. Но дурной сон прошел. Все прошло, Фрэнк.
– В эти последние дни все похоже на дурной сон. Даже когда просыпаешься… И это не только из-за вина.
– Я знаю, но поверьте: нас ожидают лучшие времена. Давайте позавтракаем, а потом обдумаем, как действовать дальше.
– Хорошо, – согласилась она, хотя ей вовсе не хотелось начинать новый день. – Обдумать-то мы обдумаем, но вряд ли придем к общему мнению.
– Почему? Если вы будете вести себя разумно…
– Вы хотите сказать, что обычно я неразумна?
– О нет! Никогда не говорил ничего подобного. Просто порой вы бываете несколько… упрямой.
– Я упрямая? – рассердилась она, не замечая, что выглядит сейчас как взъерошенная птица. – Это вы упрямец! Я точно помню, как установила этот факт вчера ночью.
– Вы так решили потому, что я не соглашался с вами?
– Но в этом все дело! Вы никогда не соглашаетесь со мной!
Чарльз подумал, что такое начало ни к чему хорошему не приведет, и не ошибся. Они еще поговорили, но ни до чего не договорились. Фрэнсис немедля хотела ехать в Париж и разыскать там друзей, которые смогут помочь. Он же хотел переждать здесь еще день, чтобы сбить с толку возможных преследователей. Фрэнсис настаивала, что им нужны помощники для раскопки могилы. Чарльз соглашался, но они решительно разошлись во мнениях о том, кто это должен быть.
– Честных работников нанимать нельзя, – уверяла Фрэнсис, когда они гуляли после завтрака по монастырскому саду. – Разумеется, они возьмут ваши деньги и проделают работу. Но при этом обязательно донесут о вас властям. Нас задержат, и нам долго придется объяснять, что к чему. А пока мы будем объяснять, нагрянут испанцы. Могу вас заверить, что известие о гибели капитана достигнет Парижа не позже завтрашнего дня. На этот раз они непременно убьют меня. Вспомните, что они сделали с моим дядей!
