Встрепенувшись от звука, Брилл вновь ударилась в бег, наобум мчась по очередному коридору, не особо представляя, куда направляется. В самом начале побега ей не хватило здравого смысла отмечать свой путь, и теперь она совсем заблудилась. С каждым шагом надежда на реальный побег все уменьшалась: Брилл еще больше плутала в извилистых коридорах задних помещений. Всхлипнув от отчаяния, она спряталась за какими-то старыми колоннами в романском стиле. «Я больше не могу бежать. Скоро они меня найдут… Я должна позволить им найти меня… это единственный способ узнать, где они держат Арию».
Потерявшись в лесу из гипсовых колонн, она скорчилась на полу, надеясь, что ее белое платье сольется с белизной декораций и даст ей несколько секунд на размышление. Обвив ближайшую колонну руками, чтобы удержать в узде вихрь мыслей, Брилл прижалась горящей щекой к прохладному фальшивому мрамору. «Я не заплачу… я не заплачу…»
«Ну где же ты, Эрик?»
Давя стоны, Коннер лежал в темноте, слишком ослабев, чтобы принять позу поудобнее, — сейчас его удерживала в сознании лишь смесь гнева и страха. Злясь на себя, он осознал, что в итоге это Брилл устроила их спасение, а не наоборот. С горечью выругавшись, он попытался сморгнуть застилающую зрение паутинку. «Не вздумай вырубиться… Во имя любви к Господу, не вздумай вырубиться…»
Сквозь дымку ненависти к себе до него донесся звук приближающихся шагов. Думая, что это Бьюмон или Эндрю решили вернуться, чтобы добить его, Коннер собрал оставшиеся силы и подтянулся туда, где в нескольких футах по-прежнему валялся его пистолет. Сумев неуклюже подцепить его и сжать между раздавленными каблуком пальцами и практически бесполезной левой рукой, Коннер поднял его навстречу звуку. Напрягая палец на спусковом крючке, он едва не схлопотал удар, когда из-за угла показалась Мэг в компании Карлотты и догоняющего их отца Томаса.
Облегченно выдохнув, Коннер опустил пистолет и ощутил, как сильнейшая усталость тянет его веки вниз. Прежде чем он смог заставить себя вновь открыть глаза, в отдалении кто-то ахнул, послышалась дробь шагов. Он наблюдал, как от лица Мэг отхлынула кровь, когда она посмотрела на него с противоположного конца комнаты. Попытавшись переместиться, чтобы прикрыть покрывавшие пол потеки темной крови, Коннер тихо скривился. «Боже… конечно, именно она должна была обнаружить меня, да? И увидеть в этой луже крови… пожалуйста, не дай ей заплакать… пожалуйста, не дай ей…»
Со сдавленным вскриком метнувшись через комнату, Мэг резко затормозила рядом с ним. Она торопливо оценила его жалкое состояние, и ее глаза сделались круглыми от ужаса. Когда по ее прекрасному лицу скатились две крупных слезы, оправдался самый худший страх Коннера. Слабо махнув окровавленной рукой, он попытался успокоить Мэг.
— Не делай этого, детка. Я выгляжу хуже, чем себя чувствую, — солгал он.
Рухнув на пол возле него, с откровенной паникой на лице, Мэг потянулась, чтобы дотронуться до него, но поспешно отдернула руку, когда Коннер скорчил болезненную гримасу.
— В тебя стреляли!
— Да, я в курсе.
— Хотя бы сейчас не пытайся строить из себя шута! — крикнула Мэг с истеричными нотками в голосе. — Кто это сделал? — Прежде чем Коннер успел ответить, она сделала это сама. — Это был Эндрю Донован, так? Я знала, что ты зря пошел один. Надо было дождаться подмоги, идиот!
Стиснув зубы от боли, Коннер робко взял Мэг за руку.
— Бри у них… и они сказали, что Ария тоже, — мрачно сказал он, полный решимости поделиться всей имеющейся информацией, пока еще в силах нормально соображать. — Я не знаю, как давно они ушли… Брилл сбежала… увела их отсюда… с того времени я то и дело терял сознание… но вроде это было минут двадцать назад… если постараетесь, сможете нагнать их.
Оглянувшись через плечо на Карлотту и отца Томаса, Мэг ласково сжала его руку.
— Кто-нибудь из вас знает что-нибудь о врачевании? Ему становится хуже!
Покачав головой, Карлотта прикрыла рот ладонью, выглядя так, словно вот-вот хлопнется в обморок; ее глаза мучительно прикипели к крови на полу.
— Нет, я ничего не знать. Что нам делать?
Отец Томас, посерев лицом, шагнул вперед. Прижимая руку к затылку, он осторожно опустился на колени, косясь на Коннера расфокусированным взглядом.
— Когда я был помоложе, то имел некоторое дело с пулевыми ранениями, — угрюмо сказал священник — скверные воспоминания омрачили его черты. После секундного напряженного молчания отец Томас протяжно выдохнул. — Насколько я могу судить, новости неплохие.
— Что?!
— Он все еще жив, что означает, что пуля, скорее всего, минула его сердце и легкие. Если бы она их задела, он был бы уже мертв.
От таких новостей Мэг побледнела как смерть.
Наклонившись вперед, отец Томас расстегнул фрак Коннера и разорвал его рубашку, обнажив скрывавшуюся под ними обманчиво маленькую рану.
— Кровотечение по большей части прекратилось… это хорошо… и, по-видимому, пуля прошла навылет… тоже хорошо. Хотя ему нужен врач… он потерял много крови.
