Что толку без конца думать об этом? Что сделано, то сделано, назад ничего не воротишь. Отец всегда говорил, что нет ничего бессмысленнее, чем сожалеть о том, что уже случилось, или пытаться изменить то, чего изменить никак нельзя. Да, отец, как всегда, прав. Пора перестать думать о прошлом, которого не исправишь, и заняться более важным – своим собственным будущим.
Пока что под крышей этого дома, чувствуя себя в безопасности, можно будет изображать идиотку, забывшую собственное имя. Но не будет же это длиться вечность! Рано или поздно ей придется вернуться туда, где ее знают и уже, наверное, с нетерпением ждут, чтобы отправить на виселицу. Необходимо выиграть время хотя бы до возвращения отца с африканской охоты. Ведь у нее нет даже собственных денег, чтобы нанять адвоката, а их потребуется немало. Будучи неглупой девушкой, Capa прекрасно понимала, что живет в мире, которым управляют мужчины с помощью своих кошельков.
В дверь негромко постучали. Capa невольно вздрогнула, но тут же взяла себя в руки.
– Войдите!
Дверь открылась, и на пороге возникла тщедушная птичья фигурка миссис Биддингтон. Экономка на мгновение застыла, как вкопанная, потом всплеснула ручками.
– Ох господи ты боже мой!
– Что случилось, миссис Биддингтон? – поинтересовалась леди Capa.
– Я и не знала, что вы уже поднялись, – растерянно ответила миссис Биддингтон. – Доктор Хоббс приехал.
– Ну что ж, – вздохнула Capa, – зовите его сюда, если приехал.
Миссис Биддингтон на секунду исчезла и вновь появилась, на этот раз с самодовольного вида пожилым джентльменом. Тот окинул взглядом Сару и пробормотал, потирая руки:
– Ч-черт! Вот это да!
– Как поживаете, доктор Хоббс? – спросила Capa, пряча улыбку.
Он не мог оторвать от нее глаз.
– Отлично. Прекрасно. Но давайте-ка лучше посмотрим, как вы поживаете, мисс…
– Ами, – подсказала Capa. – Зовите меня просто Ами. И поживаю я, как мне кажется, неплохо, если не считать потери памяти.
– К сожалению, мама не смогла приехать, – сказала Мелани, усаживаясь в кресло. – Тетушка Мэри прихворнула, и она отправилась проведать бедняжку. Буквально перед тем, как принесли твое послание, я получила письмо, в котором она просит меня тоже приехать к тетушке Мэри.
Джеффри рассеянно посмотрел на горящее в камине пламя.
– Тебе было вовсе не обязательно приезжать сюда. Это все выдумки миссис Биддингтон. Она сочла, что мне неприлично оставаться наедине с этой странной женщиной, попавшей в наш дом.
– Узнаю миссис Биддингтон, – хохотнула Мелани.
Джеффри рассмеялся в ответ.
– Не понимаю только, кого хочет обезопасить миссис Биддингтон. Эту женщину? Но уж кому-кому, а миссис Биддингтон известно, что я не любитель волочиться за женщинами. Меня? Неужели она думает, что мне может что-то грозить от этой замарашки?!
– Скажи, это правда, что эта женщина не помнит своего имени? – спросила Мелани и, не дожидаясь ответа, покачала головой. – Это ужасно. Я думаю, она испугана.
– Испугана? Ну уж нет, только не она! – ответил Джеффри. – Когда женщина испугана, она не раздает оплеухи и не упрекает других за то, что они недостаточно, по ее мнению, воспитанны!
– Она так ведет себя? – испуганно спросила Мелани.
– Именно так, – подтвердил Джеффри и поморщился. – Какого же я дурака свалял, когда она хотела уйти, а я удержал ее!
– Ну нет, – возразила Мелани. – Как можно было отпускать ее в таком состоянии? Ты поступил правильно.
– Не знаю, – с тоской сказал Джеффри. – Но, черт побери, я вообще не хочу видеть в своем доме женщин, а уж таких, как она, и подавно. У меня хватает своих забот!
Мелани нахмурила бровки.
– Если хочешь, я могу остаться и поухаживать за ней, пока она не вспомнит своего имени.
– Боже избави, – ответил Джеффри. – Я не настолько жесток, чтобы вешать эту сумасшедшую на твою шею. Нет, хватит и того, что я свалял дурака, когда вытащил ее из того болота. Пойду-ка я лучше к сквайру и расскажу, что выудил сумасшедшую, которая не помнит своего имени, и…
Его перебил стук в дверь, которая тут же отворилась, и на пороге появился доктор Хоббс.
– А, это вы, Джозеф! – приветствовал его Джеффри. – Ну, что там с вашей пациенткой?
Джозеф пошевелил бровями и не спеша уселся в кресло.
– Странный случай, – неторопливо начал он. – Очень странный. Она не помнит ни своего имени, ни откуда она – ничего! Я знаю, такое бывает, когда люди сильно прикладываются головой, но…
– Амнезия, – понимающе кивнул Джеффри.
– А? Что? – встрепенулся Джозеф.
– Так это называется, – пояснил Джеффри.
– Считайте, что так, – вяло отмахнулся Джозеф. – Лично мне никогда не нравилась эта латынь, терпеть ее не могу. Но то, что у этой девушки именно эта болячка, можно не сомневаться.
– Чем мы можем помочь бедняжке? – спросила Мелани.
