Потом пошли насилия, грабежи и прочие угоны. И ни слова о муже Ани.
Я выключила телевизор.
Вечер прошел все на той же кухне. Я учила Аню делать салат из крабов, а она посвящала меня в тонкости «беременской» жизни.
Затем она пристала ко мне с расспросами о моей работе, и я близко к тексту пересказала сюжет какого-то старого боевика. Аня была в восторге.
Про Гарика я старалась не напоминать — в течение вечера она сама раз десять уверенно сообщила мне, что муж вот-вот приедет. Блажен, кто верует!
Наконец Аня поднялась и стала прощаться.
— Спокойной ночи! Пойду к себе — мне еще гимнастику для беременных нужно сделать.
Эта гимнастика меня заинтересовала. Аня сказала, что сама усовершенствовала обычный комплекс специальными методиками самовнушения, почерпнутыми ею из всяких «мистических» практик.
— Начинаешь с растяжки мышц, потом дыхательная гимнастика, — рассказывала она. — Нужно внимательно следить за своим дыханием, сконцентрировавшись на области пупка. Система такая: вдох — задержка — выдох. В результате биотоки нормализуются, и энергетические каналы эфирного тела очищаются. Для будущей мамы это очень важно.
Дело в том, что я тоже применяю восточные техники, чтобы задействовать резервы организма. Вот только никакого эфирного тела я у себя не замечала.
По-моему, все намного проще.
Я материалистка и во все эти каналы не верю. Но я абсолютно точно знаю, что обычная человеческая психика обладает намного большими возможностями, чем принято считать.
Мои утренние пять минут глубокого сосредоточения с аутосуггестивными формулами обеспечивают бодрое и внимательное состояние сознания в течение всего дня.
Мы с Аней немного поспорили на эту тему и сошлись в одном — что собственную психику можно превратить в гибкий и послушный инструмент.
Я рассказала про свою собственную систему.
Мой специальный вечерний комплекс направлен на профилактику — «вымывание» из психики отрицательных эмоций, скопившихся в течение дня, и особый настрой во время сна, активизирующий работу подсознания.
В конце концов оказалось, что и Аня практикует нечто подобное, только описывает все это другими терминами.
Найдя во мне достойную собеседницу — не думаю, чтобы она могла разговаривать обо всех этих тонких материях со своим Игорем, — Аня забыла о своей гимнастике и с жаром принялась рассказывать про какого-то доктора Судзуки.
Напоследок она посоветовала мне отказаться от кофе и посетовала, что я гублю себя курением.
— Как ты можешь так засорять свою энергетику? Я уж не говорю, вредить телу. Ведь ты вроде бы заботишься о своей форме.
С этим я согласиться не могла.
— Понимаешь, все знают про лошадь и каплю никотина. Но тут есть одна маленькая хитрость.
— Ну-ка, ну-ка, — заинтересовалась Аня, — это какая же хитрость в самоотравлении? Я вот отказалась от кофе и ничуть не жалею.
— Это другое дело. У тебя сейчас гормональная перестройка, тебе стимуляторы просто не нужны.
— А тебе?
— А я и не для стимуляции это делаю. Если не вдаваться в сложные психологические и физиологические подробности, моя хитрость звучит примерно так: «Знай, что ты делаешь».
— Пока не понимаю.
— Ну, то есть пей кофе не для того, чтобы бутерброд запить, а с полным осознанием, жидкость какой силы и какого действия ты употребляешь. То же самое относится и к сигаретам. Обычно люди курят машинально, не отдавая себе отчета в этом, — просто автоматически повторяют мелкие акты моторики…
— Ну да, я читала. Подсознательная память о материнской груди и все такое.
— Во-во.
— А как же это можно использовать для медитации, ведь ты именно к этому ведешь?
— Верно. При полном осознании курения, если ты, как говорит твой Судзуки, находишься «здесь и сейчас», банальная сигарета может дать весьма сильный эффект. Добавь сюда еще и легкое наркотическое воздействие, и ты получишь возможность сделать свое восприятие более подвижным. А уж на что его направить — на тупой кайф или активизацию возможностей сознания — это твое дело.
— Здорово. Это же почти то же самое, о чем говорит Дзен!
— Да, наверное. Вообще все это относится и к любому действию, вплоть до самых обыденных. Ты и сама что-то похожее делаешь, когда занимаешься дыхательными упражнениями. Попрактикуешься подольше — поймешь, что регулируемое специальным образом дыхание может вызывать невероятные психологические эффекты.
— Слушай, здорово с тобой поговорить. Но я все-таки пойду, поздно уже.
— Счастливо.
Расстались мы, весьма довольные друг другом.
А наутро у нас с Аней состоялся серьезный разговор.
— Я не понимаю, ты что, что-то от меня скрываешь? — Моя подопечная рассердилась не на шутку. — Ведь ты сказала, что мне ничего не угрожает.
— Так оно и есть.
— Тогда почему нужно устраивать весь этот спектакль?
— Слушай, тебе вредно волноваться.
— А я и не волнуюсь. Просто объясни мне, вот и все.
— Ну, видишь ли, в моей работе есть своя специфика…
— И из-за этой твоей специфики я должна сидеть в этой тюрьме?
— Во-первых, этот дом мало похож на тюрьму. А во-вторых, я как раз и хочу сделать так, чтобы тебе больше не пришлось чувствовать себя, как ты говоришь, загнанным зверем.
