– Да неужели? – Рауль также поднялся с дивана и широко оскалился, бесстрашно глядя в бешено вращающиеся налитые кровью глаза лидера. – Думаешь, я… – он осекся, поскольку снаружи раздались звуки приближающихся шагов. Спустя несколько секунд в дверь постучали.
– Да? – не слишком вежливо рявкнул еще не пришедший в себя лидер.
Дверь распахнулась и внутрь заглянул пастор Кайл – главный помощник Давида Сиерро, и их связной на время операции в Милане. Крысоподобное лицо пастора расплылось в отвратительной гримасе, вероятно означающей самую милую из его набора улыбок.
– Человек учителя Данте уже здесь! – он распахнул дверь шире и в комнату вошел смуглый мужчина с коротко стриженными темными волосами. Рауль застыл в изумлении, не верящим взглядом смотря на вошедшего. Это их сопровождающий? Это человек пастора Данте? Да быть такого не может! Рауль прекрасно знал его. Совсем недавно он видел этого человека в обществе…
Среагировать, или как-то предупредить своего брата Рауль не успел. За долю мгновения в руке фальшивого сопровождающего появился пистолет, а еще через секунду прогремели три выстрела. Падая с простреленным горлом на диван, захлебываясь кровью, Рауль думал о том, что так и не сумел сберечь брата…
Священная Католическая Империя.
Королевство Испания.
Толедо.
Площадь Хуанело.
22:27.
Пабло остановил «Санта-Марию» возле арки, ведущей на Алькантарский мост и взглянул на часы. Три минуты до обозначенного времени. Пока же… Инквизитор огляделся – площадь выглядела пустынной – ни автомобилей, ни пешеходов. Впрочем, оно не удивительно: позднее время, в сочетании с введенным из-за утреннего теракта в Милане на некоторых территориях Империи, включая и Испанию, комендантского часа. Вот только, не спугнул ли он организаторов встречи? На их месте, он бы сильно задумался: вводится комендантский час даже там, где он особо и не нужен – а, спроста ли? Может за этими действиями кроется хитрый ход Пабло Красса? Вот только, на этот раз он тут не при чем. Напротив, Пабло выступал против таких мер, мотивируя свою позицию тем, что подобные действия заставят залечь преступников, и их поиск сильно осложнится. Однако, магистр Тамплиеров решил по-своему, и ограничение на передвижения после 10 часов вечера вступили в силу на десятках территорий, включая само Миланское герцогство, а также: Неаполитанское, Савойское, плюс вся территория Франции, Испании, Португалии и архиепископства Северных земель. Очень хотелось надеяться на выдержку сектантов, и Пабло надеялся. Если им действительно нужна встреча, то не должны упускать такой шанс. Другой вопрос, кто за всем стоит? Ответ кажется очень прост – «Дети Виноградаря». Однако тут возникает целый список других вопросов, и один из них не давал Пабло покоя: какие здесь интересы у Анжелины? Ведь именно она организовала встречу. Следует ли из этого, что и теракт в Милане ее рук дело? Меньше всего хотелось верить в такой поворот событий. Женщина, которую он когда-то любил даже под самыми страшными пытками не пошла бы на подобный шаг. Впрочем, та женщина и не стала делать еще много чего, что числится за нынешней Анжелиной – водить дружбу с еретиками, к примеру.
Пабло чуть притушил фары и глянул вперед на виднеющийся за аркой мост. Место встречи выбрано не спроста – именно здесь они впервые встретились пять лет назад. Как же давно, и как недавно одновременно произошла эта встреча. Пабло прекрасно помнил тот момент. То теплое летнее утро, его прогулку по мосту в тщетной попытке сосредоточиться на молитве и тихий зовущий голос. Он обернулся – а потом десятки тысяч раз жалел.
Очень странно устроен человек – он может жалеть о чем-то и одновременно с этим до дрожи в коленях бояться потери. Так было у него с Анжелиной. В периоды страданий, когда вся сущность разрывалась между преданностью Церкви и любви к ангелу, как он ее всегда называл, хотелось вернуться назад и заставить себя не идти на прогулку, или не оборачиваться на голос, или… – но с другой стороны, он страшно боялся проснуться и понять, что нет в его жизни Анжелины, нет больше той любви, а вместо нее только холодное равнодушие…
– Вижу! – сообщила Мишель, пристально всматриваясь в бинокль с оптикой ночного видения.
– Точно он? – Диего спешно сделал два больших глотка, опустошая банку пива и схватился за рацию.
– Постой! – остановила напарника Мишель, напряженно закусывая нижнюю губу.
– Что там? – они находились слишком далеко от места, чтобы можно было рассмотреть происходящее на площади Хуанело без увеличительной оптики.
– Вижу «Санта-Марию».
– Номера?
– Совпадают. Автомобиль Красса, точно.
– Его видно?
– Пока нет… – Мишель, не отрывая бинокль от глаза, подкрутила колесо фокусировки, увеличивая резкость. – Ну-ка, что видим теперь… – она замолчала, несколько секунд всматриваясь вперед. Диего нервно перекладывал рацию из рук в руки, не зная, чем себя занять и чем можно помочь. Хотя, как раз с этим все понятно: ничем. – Есть! – Мишель торжествующе посмотрела на напарника.
Диего уныло кивнул.
– Я доложен тебе поездку в Иерусалим…
