Именно такой принцип способствовал достижению спокойствия и стабильности — именно того, что реально достижимо и к чему следует стремиться и в нашем случае. Примером тому может служить прецедент разделения двух народов, живущих на острове Кипр. Там, после бесконечных трений и противостояния греков- и турок-киприотов два народа, живущие на острове, были расселены в разных его частях. Нельзя сказать, что теперь там царят мир и добрососедство, но, повторяю, там можно говорить о спокойствии, безопасности и и стабильности. В нашем случае размежевание, обмен населением, осуществляемый лидерами обеих сторон при подцежке мирового сообщества в силу осознания того, что это и только это, а не прожекты в духе «нового Ближнего Востока» — единственно реальное средство прекращения конфликта и устранения его причин.
Я утверждаю, что нет и не может быть альтернативы урегулированию, суть которого — перемещение еврейского и арабского населения и перемещение населенных пунктов — как еврейских, так и арабских. Я сознательно не привожу здесь подробно очерченных карт с указанием линии границы и местоположения тех или иных населенных пунктов. Это должно стать предметом будущих переговоров. На данном же этапе самое важное — принять сам принцип размежевания народов за основу поиска путей урегулирования. Кстати, движение в этом направлении уже началось и обретает все более зримые очертания. Недавно аналогичную программу выдвинул такой видный эксперт в области мировой и ближневосточной политики, как бывший госсекретарь США, лауреат Нобелевской премии мира Генри Киссинджер. То есть, как говаривал Михаил Сергеевич Горбачев, процесс пошел. И чем скорее народы, волею судьбы втянутые в этот конфликт, и их лидеры примут этот принцип, тем меньшей кровью мы добьемся желанного мира под оливами.
Парадоксально, но факт: первым биографию Авигдора Либермана написал не израильтянин и даже не еврей, а российский журналист и дипломат Александр Бовин, в течение пяти лет представлявший Россию в Израиле в качестве посла. В своей книге «Пять лет среди евреев и МИДовцев» он пишет:
«Либерман — личность неординарная. Он символ того, чего достигла в Израиле «алия из России»...
Непрестанные нападки на Либермана воспринимались репатриантами из России как попытка одернуть, «поставить на место» всех выходцев из России, отчаянно борющихся за место под жарким израильским солнцем: «Когда нападают на Либермана за его русский акцент — это глумление над всеми нами. Когда его называют жлобом — так называют всех нас. Когда его пытаются стереть в порошок, это означает попытку погубить карьеру любого из нас».
Я неоднократно встречался с Авигдором. Он не раз навещал меня в моей резиденции в Савионе, я бывал у него дома. У меня сложилось о нем впечатление как о решительном и целеустремленном политике. Он — человек дела. Самая сильная его сторона — организационная работа. Он не
говорит этого вслух, но очевидно, что он убежден в том, что человеческий фактор — решающая сила во всем. В отличие от большинства израильских политиков, Либерман всегда выполняет свои обещания.
