Следует открыть по субботам все музеи и библиотеки, муниципалитетам нужно проводить по субботам культурные мероприятия. Ведь только по субботам те, кто работают, могут позволить себе эти виды «культурного отдыха». Так на каком основании государство лишает их этой возможности, если речь идет о людях нерелигиозных, не намеренных проводить время в синагоге?
Что же касается религиозных советов, то их функции следует передать муниципальным властям. Нынешняя ситуация, при которой религиозные советы существуют как отдельные структуры власти с раздутыми и дорогостоящими бюрократическими аппаратами — нетерпима. Я не уверен, что нужно аннулировать министерство по делам.религий, т.к. ему подведомственно решение целого ряда вопросов общегосударственной значимости. Но Главный раввинат следует вывести из-под ведомственного подчинение министерству по делам религий и сделать это учреждение полностью независимым. Надеюсь, что такое укрепление Главного раввината вернет ему статус, который он имел в годы «государства в пути» и в первые годы существования Государства Израиль, статус высшего Галахического авторитета еврейской общины страны. Такая мера ослабит нападки и попытки оказать давление на раввинат как со стороны ультраортодоксальных кругов, так и со стороны реформистов и консерваторов. За границей эти течения мирно уживаются друг с другом. В Израиле, в силу ряда исторически сложившихся обстоятельств, реформистскому и консервативному ответвлениям иудаизма не может быть присвоен официальный статус. Разумеется, им следует предоставить свободу отправления культа, но невозможно, ни сейчас, ни в обозримом будущем, предоставить им юридический статус, равный статусу ортодоксального течения иудаизма. Это приведет к войне евреев против евреев, а этого следует избегать любой ценой.
Повторяю, что укрепление Главного раввината приведет к тому, что наши Галахические авторитеты-раввины возродят традиционно присущее иудаизму умение приспосабли
ваться к изменяющейся действительности. Приведу пример из истории:
«Кантонисты» — еврейские подростки, насильно угнанные в солдатчину при Николае I — естественно, не могли получать в царской армии кошерную пищу. Раввины позволили им есть некошерное и даже свинину, т.к. понимали, что иного выхода у них нет. И в результате очень многие из кантонистов, отслужив 25 лет в солдатах, вернулись домой, не изменив своей вере и своему народу, оставшись евреями, создали еврейские семьи и были приняты как братья их общинами. Раввины — духовные лидеры еврейской общины — тогда приняли на себя огромную ответственность, и это было их величайшей заслугой.
Что же касается вопроса «кто еврей?», то здесь с годами возникла путаница, в которой необходимо разобраться. Вопрос определения еврейства («кто есть еврей?») — исключительно Галахический — а в вопросах Галахи нельзя, не нужно и попросту неразумно навязывать свое мнение религиозным людям. Но в Израиле споры по этому вопросу касались, как правило, положений Закона о возвращении, и именно это породило путаницу. Закон о возвращении находится вне сферы Галахи. Грубо говоря, Закон о возвращении является сионистским ответом «расовой теории» нацистов: раз нацисты постановили, что еврей на одну восьмую, т.е. правнук еврея или еврейки подлежит уничтожению, то Государство Израиль постановляет, что на такого человека распространяется Закон о возвращении, то есть еврейское государство обязано предоставить, и предоставляет ему убежище. В этом вопросе расхождений во мнениях нет, тут есть консенсус, и нет никакой нужды менять что-либо. Такая формула не обостряет полемики, и потому всем следует с нею согласиться. Нужно добиваться от секулярных кругов согласия умерить пыл в их претензиях к определению еврейства, а от религиозных кругов — отказаться от попыток слишком узкого (и заведомо неправильного) толкования Закона о возвращении. И в этом вопросе тоже очень важно достичь национального консенсуса, который сформирует тоёи$ угуепсй — нечто, приемлемое для всех, с чем каждый может смириться и ужиться, а не навязывать какой либо из сторон положений, вызывающих у них возмущение и готовность идти на баррикады.
Нельзя делать из еврейской религии ни источник, ни объект ненависти — а именно этим занимаются все, выдвигающие радикальные требования и предложения — как с той, так и с другой стороны.
Аксиома: мы должны приветствовать и принимать с распростертыми объятиями каждого, кто прибывает в Израиль на основании Закона о возвращении, и делать все возможное, чтобы ускорить его обустройство и улучшить условия его проживания. Но наряду с этим нам надлежит определить наши национальные интересы и систему наших приоритетов во всем, что связано с алией и абсорбцией и действовать в соответствии с ними. В этом плане мы позволили себе в прошлом много ошибок и упущений.
