Весьма странным представляется и то, как наша полиция борется с организованной преступностью вообще. В последние годы наши СМИ пестрят кричащими публикациями о торговле женщинами, сексуальных домогательствах, изнасилованиях, сутенерстве и проституции, но вместе с тем другие полосы тех же газет полны рекламными объявлениями всевозможных «массажных кабинетов», «контор, предоставляющих девушек по сопровождению», «клубов здоровья» и т.п., которые растут у нас как грибы после дождя. В любом отеле, в любом курортном городе вас буквально заваливают красочными проспектами, рекламирующими подобный сервис и расписывающими удовольствия, которые он сулит. В центре Тель-авива можно увидеть десятки кричащих и вполне откровенных вывесок. Невнятные объяснения руководства полиции насчет того, что она, якобы, закрывает глаза на все это с целью получать у владельцев подобных заведений интересующую ее оперативную информацию, приняты быть не могут. Для борьбы с подобными явлениями не нужна никакая оперативная информация, а уж тем более раздутые штаты Следственного управления или Управления Борьбы с Международной Преступностью. До сего дня я не услышал никакого внятного объяснения тому, почему со всем этим до сих пор не покончено.
Неприязнь к «русской» алие раздувалась до масштабов массовой истерии. В газетах можно было увидеть очерки о популярной израильской журналистке, создавшей группу поддержки «женщин, у которых эти русские отбили мужей...». Оказывается, «русские» специализируются и в этом... Многие израильтяне в опросах общественного мнения заявляют, что понятие «репатриант/ка из России» вызывает у них такие вот ассоциации: «мафиози, гой/ка, проститутка». Этот массовый предрассудок в отношении к репатриантам из СНГ совсем недавно был всенародно «озвучен» известным израильским спортивным обозревателем, заявившим о членах израильской олимпийской делегации — репатриантах из СНГ: «Для меня они — не израильтяне, они не могут представлять Израиль». Впрочем, подобные пассажи не ограничиваются спортивными площадками. В радиоинтервью профессор истории Ридлих из ун-та им. Бен-гуриона обозвал алию из России «политическим проклятием». Йоав Карни в газете «Глобс» сваливает на евреев России вину в росте антисемитских настроений, обвиняет их в неумении и нежелании освоиться в демократическом обществе и жить по правилам, принятым в просвещенных обществах Запада.
Многие израильтяне не стесняются рассуждать о «русской оккупации» израильской культуры вместо того, чтобы радоваться огромному вкладу русскоговорящей алии, неимоверно обогатившему культуру нашей страны. А вклад этот действительно огромен. Это и прекрасные музыканты-оркестранты и солисты, и высокопрофессиональные учителя музыки. Это такие театры, как «Гешер» и идишистский театр, и многие, многие другие. «Недовольные» забыли или не знают, что театр «Габима» был создан в Москве под руководством великого русского режиссера Е.Б. Вахтангова и лишь после нескольких лет активной работы в России «перебазировался» в Эрец Исраэль, где и стал нашим Национальным театром.
Это постыдное неприятие алии из России напрямую связано с одним весьма неприглядным и неизвестным более ни
в одной из стран демократического мира явлением: противоестественно близкими и «взаимообогащающими» отношениями наших СМИ и полиции. Разумеется, любой журналист, какова бы ни бьша область его специализации, обзаводится своими «источниками» и налаживает с ними отношения типа «ты мне — ятебе». Но вот у нас в отношениях прессы и полиции создались отношения иного рода, описываемые поговоркой «рука руку моет», а это уже недопустимо и опасно: с одной стороны, высшее руководство полиции пичкает отдельных журналистов «утечками», чтобы выдвинуться, обеспечить себе дальнейшее продвижение по службе; а журналисты «оплачивают» эти утечки хвалебными очерками об этих полицейских, обеспечивают им рост популярности в момент, когда решается вопрос о новых назначениях в руководстве полиции, или тогда, когда дела этого полицейского оказываются плохи.
Когда офицер полиции подкупает журналиста, или оплачивает услуги последнего передачей ему секретных сведений о ходе следствия — это не что иное, как взятка. Когда журналист подкупает офицера полиции, или оплачивает услуги последнего хвалебными очерками о нем — это взятка. К сожалению, полиция до сего дня отказывалась хоть как-то бороться с этим явлением, а ведь ему не так уж сложно положить конец: например, устраивая регулярные проверки высших офицеров полиции на детекторе лжи, задавая им прямой вопрос: сообщали ли они журналистам секретные сведения, устраивали ли «утечки» или «слив компромата». Это практикуется в ШАБАКе, в Мосаде, в канцелярии главы правительства, в МИДе. Эта практика доказала свою эффективность — утечки из упомянутых ведомств стали редкостью. И пока эта практика не будет введена и в полиции, общество будет лишено средств борьбы с этим опасным симбиозом, выросшим в последние годы до масштабов национального бедствия.
