Итак, двое бойцов сбоку и трое впереди. Пятеро против одного. У троих в руках винтовки, еще двое держат руки на поясе, где находятся широкие ножи. Весьма скверный расклад. Будь их двое, он бы даже не думал. Трое – уже рискованно. Но, пятеро… Нет, просто невозможно. Слишком узкое пространство, слишком мало места для маневренности, слишком призрачные шансы… Хотя… о чем это он? Какие еще призрачные? Их вообще нет!
– Халед, не глупи! Я знаю, что ты слышишь меня. Ты ведь понимаешь всю бесполезность сопротивления. Силы неравны. С каждой пройденной минутой мы приближаемся к тебе. Оглянись назад и посмотри. Осталось каких-то триста метров. Слышишь? Триста метров, и игра будет окончена. Оно тебе надо? Я предлагаю отличный шанс для сохранения твоего же будущего. Что ты теряешь? Так или иначе, у тебя остается два варианта: либо мы превратим твою задницу в обгорелую корочку, либо сильно искалечим, тем не менее оставив в живых. Только два варианта, слышишь? Я же предлагаю выход, при котором ты останешься целым и невредимым. Да, мы конфискуем все твое имущество в пользу Халифата, погашая тем самым нанесенный тобой урон государству, но сам ты останешься на свободе. У тебя минута, Халед! Одна минута, после чего предложение теряет силу…
Халед тусклым взглядом смотрел вперед, на застывшее в злобном оскале лица бойцов. Тех, кого он считал своими верными псами. Тех, кто сейчас превратился в опасных зверей, готовых порвать ему глотку. Специальный страж ошибался. Первые два варианта действительно имели место быть, но вот третий… Третьим была не так желаемая свобода, а перерезанное горло. Таким образом, предложение попросту теряло смысл…
– Ты ответишь? – сидящий напротив боец шевельнул винтовкой, указывая на лежащую рядом с командиром черную рацию. – Или нам самим это сделать?
Халед поморщился. Ему послышалось, или в голосе бойца звучала неприкрытая угроза.
Нет, явно не послышалось.
Что ж, решение принято. Причем, за него. Предложение специального стража действительно было очень щедрым, вот только он никак не мог его принять. При всем своем весьма огромном желании.
Взяв рацию, Халед поднес ее к губам…
Арабский Халифат.
Провинция «Ирак-Араби» под управлением эмира Абдуллаха аль-Мудаддина.
Пустыня Бсира.
08:49.
– … погашая тем самым нанесенный тобой урон государству, но сам ты останешься на свободе. У тебя минута, Халед! Одна минута, после чего предложение теряет силу…
Хамид отнял рацию от губ и напряженно уставился вперед, смотря сквозь лобовое стекло на медленно, незаметно для глаза приближающийся клуб пыли. Теперь расстояние составляло чуть больше двухсот метров и продолжало сокращаться с каждой секундой.
– Эй, ты уверен, что они там слышат? – Хамид повернулся назад к бойцу, отвечающему за техническую поддержку.
Тот ответил мгновенно. Не было даже секундного колебания, что могло означать только одно – он абсолютно уверен в своих словах.
– Слышат. – боец несколько раз кивнул головой, точно пытаясь придать еще большую весомость своим словам. – Точно слышат.
– Ладно. – Хамид повернулся назад, и недовольно покачал головой. – Тогда он полный идиот, если…
Рация, лежащая на коленях, зашипела. Сквозь треск и шум статистических помех донесся мужской голос:
– Эй, страж! Ты там?
Хамид оглянулся назад, после чего поднес рацию к губам:
– Я тут. Ты согласен на мое предложение?
Секундное молчание.
Шипенье.
Треск помех.
Шипенье.
Мужской голос, идентификацию которого при таком качестве невозможно было провести. Во всяком случае, в онлайн режиме.
– Поцелуй задницу шайтана, страж! Я не собираюсь идти на сделку с тем, кто хуже самого иблиса! Вы для меня мерзки, точно недоделанный аборт! Вы…
Хамид недовольно фыркнул и нажал кнопку, вырубая связь с внедорожником беглецов.
Что ж, они сделали свой выбор.
Арабский Халифат.
Провинция «Ирак-Араби» под управлением эмира Абдуллаха аль-Мудаддина.
Пустыня Бсира.
08:54.
ТРАТА-ТА-ТА!
Хазрат за долю секунды до огненного шквала успел нырнуть за бронированные щитки, установленные на крыше внедорожника специально для стрелков. Пули беспомощно ударились о толстый лист стали, срикошетили в пустоту пустыни, а затем уже новая порция опустилась ниже, пытаясь пробить окна внедорожника. Из салона послышались проклятья бойцов, после чего внедорожник резко дернулся вправо. Хазрат, не ожидавший подобного маневра больно приложился о металлическую перегородку. Правое плечо пронзила резкая боль, мигом спустившаяся вниз, к запястью.
– Вот, шайтан дерьмовый!
Зашипев от боли, он рывком выпрямился и направив винтовку влево, где должен был находиться стрелок на легком четырехколесном внедорожнике с открытым верхом. Внедорожник никуда не делся. Находился там же, слева по курсу.
Хазрат растянул губы в хищной улыбке и потянул за спусковой крючок.
БАНГ-БАНГ-БАНГ!
