– Сир, поступило сообщение… – инквизитор задохнулся от волнения, из-за чего возникла секундная пауза. – сообщение от Иезекииля!
Обер-инквизитор Рима подскочил на месте, едва не выбежав из кабинки с оголенным задом.
– Иезекииля? – он коснулся уха, выходя на связь с подчиненным. – Вы уверены?
– Если телефоном не воспользовался кто-либо, кроме него, то да. Текст и подпись говорят нам об авторстве Иезекииля.
– Сейчас буду!
Распахнув дверь кабинки, обер-инквизитор стремглав выбежал наружу, словив на себе ошарашенный взгляд одного из сотрудников, стоящего у умывальника. Игнорируя и взгляд, и умывальник, Маноло выбежал из туалетного помещения, быстрым шагом направившись по широкому коридору, ведущему к залу аналитики и боевого планирования. Он бы побежал, да статус обера, не позволяет такую роскошь. Когда электронный замок тихо пискнул, а красный цвет лампочки сменился зеленым, подтверждая уровень доступа приложенного пропуска, Маноло толкнул стеклянную створку двери, окунаясь в рабочий шум центрального зала Контртеррористического Подразделения. У входа его уже ждала Елена Ди Лоренцо.
– Докладывай! – коротко бросил обер-инквизитор, не сбавляя шага. Женщина пристроилась рядом.
– Три минуты назад на сервер КТП поступило текстовое сообщение…
– Именно на сервер?
– В общую электронную базу, если быть точнее, однако с привязкой к определенному серверу.
– Ясно.
– Алгоритм распознавания, работающий в круглосуточном режиме заметил посторонний элемент спустя семь секунд, после чего послал соответствующий сигнал нашим технарям. Спустя минуту за дело взялся специалист. Ему хватило тридцати секунд для идентификации почты с которой было отправлено сообщение. Почта принадлежит Иезекиилю де Альвардо, инквизитору первого ранга. Технарь тут же дал сигнал своему куратору, а тот руководителю КТП.
– Хорошо. – они уже дошли до середины зала, где над общим уровнем возвышался командный пункт. Ухватившись за металлический поручень, Маноло взлетел наверх. Стеклянная дверь, ведущая внутрь была открыта, а в пункте уже находился руководитель КТП, двое инквизиторов, включая руководителя одной из спецгрупп, Чиро Карри, и два куратора главных секторов подразделения. На центральном экране командного пункта горело текстовое сообщение. Остановившись рядом с металлическим столом, занимающим большую часть всего помещения, Маноло сосредоточился на тексте. Тут и без специального анализа можно было сказать, кто именно прислал текст: «Я на месте. Работаю. Никаких резких телодвижений. Представитель жив. И.А.»
– И, все? – спросил обер, хотя итак знал ответ. Если бы имелась дополнительная информация, его сразу бы поставили в известность. Тем не менее, сидящий справа, ближе всех к экрану, Диего Жезус утвердительно кивнул.
– Все, сир.
– Ладно… – Маноло прошел к своему месту, пытаясь за короткий срок собрать все хаотично мечущиеся мысли в одну кучу. – Ладно… – он сел в кресло, задумчиво уставившись на надпись. Сопровождавшая его Елена, уселась в соседнее кресло. Ее пальцы тут же забегали по клавиатуре стоящего на столе рабочего ноутбука.
– Раз представитель жив, а наш агент сумел внедриться в секту, шансы на положительный исход дела, существенно увеличились. – нарушил молчание один из инквизиторов.
Маноло, не отводя взгляда от текста на экране, кивнул.
– Увеличились. Тем не менее, мы продолжаем исходить из худшего сценария. Нет ничего хуже иллюзорной надежды. – он повернулся в кресле, обводя сотрудников тяжелым взглядом. – Сообщение ничего существенного нам не дает. Мы по-прежнему не знаем местонахождение нашего агента, мы не знаем местонахождение организаторов похищения, мы по-прежнему не знаем их планов. Помимо убийства Хабдана Абу Атхари, разумеется…
– Кроме того, мы не знаем, писал ли Иезекииль сообщение руководствуясь доброй волей, или его заставили. – добавила Елена Ди Лоренцо.
Маноло посмотрел на сотрудницу с уважением. Определенно, в последние дни она не переставала радовать. После кризиса стоит поднять вопрос о ее повышении. Пусть она женщина – это ничего не меняет. В их работе, куда больше значит компетентность, а не половая принадлежность.
– Верно подмечено. – снизошел до похвалы Луис Мартиелло, сидящий напротив обер-инквизитора. Лицо руководителя КТП не выражало большого оптимизма. Вернее, вообще какого-либо оптимизма. – Меня беспокоит еще то, что в сообщении нет и намека на ориентир местонахождения представителя Халифата. Хотя на инструктаже перед отправкой, эта задача ставилась в первые позиции.
– Думаешь, сообщение Иезекииль писал под дулом пистолета? – обер-инквизитор отбарабанил короткую дробь по поверхности стола.
– Считаю, мы не должны исключать такую возможность.
– Ладно. Что с сигналом? Мы можем проследить путь сообщения до места, откуда оно было отправлено?
– Исключено. – Елена печально вздохнула и покачала головой. – Как сообщил мой помощник, сообщение отправлялось с помощью шифровального алгоритма, полностью уничтожающий электронный след. Данное устройство используют в тех случаях, когда желают скрыть место отправки. Причем, в обоих сторонах.
