– Увидишь, – покривилась девушка, от чего на недавно обожженной щеке что-то лопнуло, и она, бессознательно коснувшись, почесала и содрала кусок корки из засохшей крови и мази. – Может быть. Но я бы надеялась, что нет. Как ты думаешь, мы вообще правильно идем?
Тропинка из относительно твердой почвы петляла меж обглоданных остовов деревьев, покрытых мхом камней и кочек, и, несмотря на открытое место, вокруг становилось все меньше света: опускался туман.
– Я не знаю, тер-Маэрэ. Я вообще не вижу дороги, в отличие от тебя.
– Я тоже не вижу, я прощупываю, – педантично поправила она сильфиду, тыкая палкой в землю перед собой.
Это был простой, немного гипнотический и занудный ритм: три-четыре раза ткнуть перед собой, сделать шаг, снова потыкать посохом. Почти все время Мист смотрела под ноги, лишь иногда оглядываясь, и даже начала напевать себе под нос незатейливые мелодии из студенческой и до студенческой жизни, чтобы не было так тихо: тишина была почти противоестественной, слышно было только гудение комаров, и то стихало вместе с тем, как ложился туман. Словно бы он глотал все звуки. Тем не менее Мист продолжала идти вперед и вперед, надеясь, что гидра не выпрыгнет на нее неожиданно из тумана, и не плюнет ядом, даже не показываясь на глаза.
– Ийилива, не чуешь, нет рядом гидры?
– Нет, – приглушенно, словно через ткань, донесся голос Ийиливы. – Никого живого крупнее комара пока поблизости нет.
– Ладно, – Мист перехватила посох и упрямо пошла дальше, соблюдая свой ритм, и шла еще какое-то время, пока в очередной раз не подняла глаза и не встретилась взглядом с кем-то чужим. – А! – крикнула она, подпрыгивая, и автоматически замахнулась посохом. Дерево прошло сквозь внезапного визитера, и он рассеялся. – Что это было? – спросила она, прижимая руку к груди, где сердце, казалось, пыталось выпрыгнуть, пробив ребра. – Нельзя же так пугать!
– Это морок, – прошелестела Ийилива. – Оно не живое.
– Да какой это морок, если это задница полная? – хрипло спросила Мист, судорожно оглядываясь и тяжело дыша от страха.
Ее окружал туман, из-за которого было видно, максимум, шагов на пять по сторонам, но в глубине его она разглядела тут и там знакомое гнилостное мерцание. Болотные огни. Они манили, притягивали, и Мист заставила себя зажмуриться, потрясла головой. Нужно было что-то делать, не позволять обманному свету себя вести. Девушка сжала посох и потыкала им перед собой, чтобы сделать шаг, и ей под ноги выскочил небольшой булыжник, обкатанный водой. Мист наклонилась, примерила его в руке – не слишком тяжелый, не слишком большой, но душа камня в нем есть, чувствуется. И, если получится, у нее будет свой свет, отвлекающий ее от обманных чар.
Мист торопливо выдернула шнурок из петель на вороте рубахи, приладила камень к развилке сучьев у самой вершины своего посоха и примотала, завязав несколькими узлами для надежности.
– Решила срочно сделать магический посох? – поинтересовалась Ийилива. – Думаешь, мороки испугаются и уйдут?
– Скорее, я испугаюсь и сбегу, – нервно рассмеялась Мист, а потом сосредоточилась, положив ладонь на камень и закрыв глаза.
Она старалась абстрагироваться от ситуации, от мороков и огней, от сырости в сапогах, от зуда в щеке, концентрируясь только на ощущении камня под пальцами, на его форме, текстуре. – Ты был здесь сотни лет назад, видел тьму, видел мрак, память оберни, памятью вернись, свет назад верни, камень, загорись! – Ийилива пискнула что-то удивленное, и это показалось Мист достаточным знаком для того, чтобы не бояться открывать глаза. Каким-то странным образом, еще один подземный наговор сработал: может, в этом камне было достаточно “старой” магии?.. Хотя, после всего увиденного за последнее время, Мист уже сильно сомневалась в том, что магия действительно полностью и совсем оставила Эквеллор, и многие вещи из прошлой, подземной жизни виделись ей иначе. Они были великими магами когда-то, каждый подземец, и сейчас они сохраняли, видимо, этот свой статус, на фоне магически полностью инертных наземцев, потому что свои нехитрые “трюки” продолжали использовать, несмотря ни на что.
– И, все ж таки, не зря это именно ты, – очень тихо, но очень довольно сказала Ийилива. – Очередной “фокус” с твоей подземной родины?
– Ага, – подтвердила Мист, отставляя руку с посохом, чтобы полюбоваться на свое творение. Камень, расположившись почти в навершии, светился теплым, мягким огнем, похожим на солнечный. Это выглядело даже красиво и очень успокаивающе, словно личное портативное солнце горело рядом, хоть и не грело.
– Интересный вы народ, подземцы!
– Я тоже так думаю, – согласилась Мист, снова начиная прощупывать землю впереди себя. Ладонь уже немного болела, там грозила в самом ближайшем времени расцвести дивная мозоль.
– Жаль, ар-Маэрэ про вас не знал.
– Сомневаюсь, что не знал, – девушка почесала нос, оглядываясь по сторонам. Твердая тропка впереди нее, кажется, раздваивалась, и пойти вперед, по ее методике, не получилось бы, так как два рукава тропинки вели направо и налево, и ни один из них не получалось притянуть к “срединности”.
