Первые два десятка раз он ещё следил за тем, куда указывает ребёнок, но сейчас даже не пытался. Сольди восхищалась и удивлялась на каждом шагу. Её приводили в восторг узоры из цветных камешков на тротуаре, флюгер в виде смешной собачки, железная ограда из кованых цветов и листьев, огромный деревянный торт на вывеске перед кондитерской лавкой, — всё, что видели глаза ребёнка было удивительным и прекрасным.
В отличии от матери, которая семь лет прожила во внутреннем городе, Сольди первый раз шла по этим широким чистым улицам, первый раз любовалась красивыми огромными домами, и первый раз встречала богато одетых счастливых (относительно) людей.
Её серенькое невзрачное платьеце, и его старый поношенный дорожный плащ заметно выделялись на общем фоне. Раньше он не обращал на это внимание, ему было всё равно, что о нём думают, но теперь с ним была почти его дочка. Каждый презрительный взгляд или сморщенный нос, вызывали в нём лёгкое раздражение к этим совершенно незнакомым, может быть, хорошим людям.
Соу уже несколько раз подумывал о том, чтобы зайти домой и одолжить ещё немного денег. И плевать что скажут люди, и какие поползут слухи.
Если бы Сольди попросила, он бы купил ей и наряды, и игрушку, и всё чего бы она не пожелала. Но худенький, зеленоглазый ангелочек на его плечах не требовал от него ничего невозможного.
*
— Что желает юная госпожа? — Торговец не был слепым, и по очень скромному наряду догадывался, кто перед ним, но улыбка и вежливое обращение к клиентам уже стали для него нормой жизни. А может ему просто захотелось порадовать ребёнка, для которого этот день, возможно, станет лучшим в его жизни…
— Вот это! — Крохотный пальчик указал на рогалик с начинкой из медовых шариков и обсыпкой из молотого лесного ореха.
— Три медные монетки, юная госпожа.
Девочка ахнула и застыла как испуганный оленёнок. Во внешнем городе на эти деньги можно наесться, или напиться, кому что по душе. А здесь это всего лишь маленькая булочка. Глазами полными удивления, разочарования, скорби и надежды она отвернулась от продавца и посмотрела на мужчину, держащего её за руку.
— Вот. — Здоровяк грозного вида, видимо отец крохи, достал маленький потёртый кошелёк и без сожаления вынул оттуда нужную сумму.
— Прошу, юная госпожа.
Держа сладость двумя руками, ребёнок затаила дыхание от переизбытка чувств. Немного успокоившись она наконец вдохнул аромат свежей горячей выпечки. Зажмурившись от удовольствия, девочка широко улыбнулась и разломила угощение.
— Это Маме. — Одну половинку она обернула платком и спрятала в кармашек на подоле. А вторую ещё раз поделила и протянула отцу.
— Кушай всё, я не хочу. — Мужчина погладил дочь по голове и тоже улыбнулся.
*
К счастью на улицах внутреннего города было множество и бесплатных развлечений. В частности, почти на каждом углу показывали кукольный спектакль про маленького Керрита, похищенного орками. Ребёнок открывал в себе магию, убивал похитителей и сбегал домой, попутно сталкиваясь в лесу с медведем, кабаном, волком и филином. Те давали ему задания, он их блестяще выполнял, получал помощь или подсказку и благополучно возвращался к родителям.
По смыслу сказка напоминала “Три медведя”, “Гуси-лебеди” и “Колобок”. Первый раз смотреть её было…не интересно, но познавательно. Второй раз Соу ждал некоего нового сюжетного поворота, которого не последовало. Другой артист пересказал ту же историю слово в слово. Отличался только дизайн кукол.
Третий раз Соу не заскучал только потому, что смотрел в зрительный зал. Сольди, как и прочие дети, затаив дыхание смотрела за представлением. А ещё она шевелила губами повторяя все реплики героев. Да, она знала эту сказку наизусть. Дословно. Но готова была смотреть её снова и снова.
Спасение становилось новой проблемой, так как почти на каждом углу были эти мини кукольные театры, Соу рисковал к концу дня так же выучить сказку наизусть. В одном огромной марионеткой, управлял отдельный артист, в другом — тряпичные куклы надевал на руки один человек и отыгрывал всех героев по ролям. Не менялся только текст.
На четвёртый раз Соу не выдержал. К счастью, не он первый столкнулся с чрезмерной любовь к искусству у подрастающего поколения, и решение было найдено. Взрослые оставляли детей смотреть спектакль, а сами отходили к ближайшей скамейке и там спокойно дожидались окончания представления, обсуждая свои скучные взрослые дела. Так он и поступил, расположившись неподалёку от компании молодых мужчин с трубками. Не то чтобы Соу был заядлым курильщиком, но в Керрии это пагубная привычка была распространена в основном среди офицеров, так что он успел немного соскучится по табачному дыму…
