Последняя плита сдвинулась, и оттуда начали выползать совсем уж безнадежные люди. Среди них не было ни одного, кто мог бы стоять на ногах. Сколько они провели без воды и света, можно было только догадываться. Живые трупы, больше ничего. Нифилим сделал несколько шагов в их направлении, затем остановился и поднял обе руки вверх. Тут же его Дракон прорычал и, нагнув три свои шеи вниз, схватил зубами охапку из нескольких человек. Я замер от ужаса. Ему даже пережевывать не пришлось. Он просто их проглотил. Сколько было жертв? Двадцать? Тридцать? Выжившие несчастные принялись отчаянно вопить, но Дракон продолжал свое кровавое дело и вскоре место, где только что ползало с полсотни человек, было пустым. На все ушло не более минуты. Я воочию смог убедиться, что Джек говорил чистую правду. Эти бедняги не смогли бы работать и их просто уничтожили, освободив подземелье для новых рабов.
Тем временем Драконы поменьше, разбежались по площади и начали выхватывать из толпы подобных бедолаг, и так же их глотать, поскольку особенно жевать было нечего. Все это длилось не более трех минут, но мне они показались вечностью. Не в силах оторвать взгляд от увиденного, я с замиранием сердца наблюдал за этим ужасом, и мое тело тряслось как в лихорадке, не повинуясь ничему. Я даже представить себе не мог, что чувствовали те люди на площади, даже если им и не суждено было погибнуть в этот день. Драконы работали как одно целое. Ни капли крови не пролилось на землю. Идеальный порядок был соблюден даже в этом. Если бы я пришел сюда пятью минутами позже, то даже не подумал бы о том, что только что здесь рассталось с жизнью несколько сот человек. Теперь посредине площади стояло не более двух десятков трудоспособных мужчин и женщин, пытаясь изгнать из своей памяти кошмар прошедших минут. В их глазах застыло нечто такое, чего я не хотел бы знать. Только что, смерть лишь слегка коснулась их изможденных тел, как бы намекнув, что свидание с ней уже совсем близко и это лишь вопрос ближайшего времени. Внезапно, одна из женщин коротко вскрикнула и начала валиться вниз. Ее тут же поддержало несколько мужчин, но она все равно погрузилась в глубокий обморок и не открывала глаз. Какой-то подросток начал хлестать ее по щекам, но несчастная никак не приходила в себя. Нифилим заметил это, но продолжал стоять на своем месте, видимо ожидая скорейших результатов. Прошла минута, но женщина так и оставалась в своем прежнем положении. Уже второй мужчина начал трясти ее за плечо и та, вроде как, начала медленно открывать глаза, но тут один из Драконов резко выпрыгнул вперед и молниеносным движением головы вырвал женщину из объятий спасавших ее людей. Все было кончено. Видимо, эти монстры были обучены истреблять беспомощные жертвы, и один из них среагировал без всякой команды. Никто его за это не наказал. Все Нифилимы сохраняли удивительное спокойствие и оставались там, где и были до этого.
Когда недисциплинированный Дракон вернулся на свое место, старый Нифилим начал осмотр оставшихся рабов. Он важно проходил вдоль строя измученных людей и свысока смотрел на них как на подопытных животных, иногда возлагая свою длиннопалую ладонь на головы некоторых из них и, видимо, о чем-то размышляя. Какое огромное количество людей прошло через него за всю его жизнь?! Тысячи. Сотни тысяч. Может, даже, миллионы… Вдруг, он резко остановился и всей пятерней схватил за голову какого-то мужчину. Сделав рывок вперед, он вышвырнул беднягу на середину площади и от его нечеловеческой силы тот пролетел несколько метров, упав между лап сторожевого Дракона. Я подумал, что сейчас произойдет то же самое, что и до этого, но чудище пока его не трогало. Мужчина поспешил встать и я заметил, что по его лицу течет узенькая струйка крови. Несчастный со всего размаху ударился головой о камни, но нашел в себе силы встать. В противном случае, его жизнь оборвалась бы незамедлительно. Несмотря на то, что он был грязным, избитым и невероятно худым, я его сразу узнал. Да, это был Свенсен. Что же, последний из нашей четверки был найден. Но он находился сейчас от меня в полной недосягаемости. Я и сам был на волосок от гибели. Но зато теперь я усвоил главное – Свенсен жив!
Бедняга-полиглот стоял между лап исполинского ящера и спокойно смотрел на приближающегося к нему Нифилима. Неужели, ему было все равно? Я бы не сказал, что когда-либо Свенсен производил на меня впечатление храброго человека. Авантюризма и некоторой бесшабашности в нем, конечно, было навалом, но сейчас я видел перед собой абсолютно уверенного в себе оборванца, который плевать хотел на авторитет и силу своего обидчика. Не слишком ли рискованную позицию он выбрал? Сам не знаю почему, но я был горд за этого безумца и хотел, чтобы тот непременно высказал Нифилиму все, что о нем думает. Но тут же осекся, ругая себя за дурацкую идею. А вот Свенсен, судя по всему, был иного мнения. Когда Нифилим приблизился к нему вплотную и навис над ним как старшеклассник перед первоклашкой, тот дерзко вскинул голову вверх и изо всей силы прокричал:
