Комната Дамиана и раньше меня удивляла: да, я понимаю, что он демонолог, да, я примерно представляю, с чем ему приходится и нравится работать; но всё равно чёрный, как мне кажется, не его цвет. И готика - стильно, конечно, но... Смешно - я раньше действительно над этим смеялась, но теперь, когда мы вроде как «встречаемся»... Мой парень - гот, и он не просто прикидывается - носит, там, чёрное и разные серебряные побрякушки в виде браслетов и колец (и одаривает ими меня), нет, он серьёзно проводит обряды. С кровью. С чёрными кошками. И предположительно, с девственницами.
А я ведь никогда серьёзно не задумывалась: могу я с этим ужиться? Порталы, помощь духа или покорность демона - это замечательно, когда нужно снять проклятье, ну или выбраться из какой-нибудь Тёмной Твердыни. Разово, так сказать, с положительными последствиями в виде спасения королевства. Но если мы - в перспективе - поженимся (лет через, допустим, десять, но всё-таки). Как я отнесусь к порталу в Астрал в нашей спальне? К заляпанным кровью простыням? К скелету на стене вместо портрета? Ха, да что там портрета - к скелету вместо плюшевого мишки Самсона! Потому что всё это, кажется, составляет образ жизни Дамиана.
Мне нужно очень серьёзно об этом поразмыслить - и в самое ближайшее время. Помощник-демонолог - это замечательно, прекрасный принц - ещё лучше, но что если я просто переношу на Дамиана мой идеал «парня-с-которым-хочу-встречаться»?
Такие вот философские мысли лезут в голову, когда замечаешь над кроватью своего принца распластанное нечто, отдалённо напоминающее летучую мышь, только раз в пять больше, мохнатое и с головой телёнка. Вдобавок, эта образина пришпилена (а точнее, прибита) к стене серебряными гвоздями, дёргается, свирепо смотрит на меня фосфоресцирующими глазами и истекает зелёной кровью.
Это у Дамиана, я так понимаю, вместо настенного ковра. Или шкуры медведя. Действительно, зачем демонологу шкура, если можно повесить на стену настоящего монстра?
Я перевожу взгляд на кровать, и мне делается тошно. Такое чувство, что Дамиан на ней кого-то вскрывал. Да, прямо на атласном чёрном покрывале, вышитом серебряными символами. Причём вскрывал неоднократно - потому что ошмётки... м-м-м... плоти и... м-м-м... всего остального разбросаны по всему одеялу, а что-то валяется и на полу. Похожую картину я видела только у мясника да у крёстной на кухне. Но даже они не додумывались делать это на кровати.
Зато под покрывалом лежит скелет чего-то, напоминающего миниатюрного динозавра. Мило так, трогательно лежит, как я обычно Самсона «спать» оставляю: голова на подушке, всё остальное укрыто одеялом, чтобы без меня не простыл... Дамиан делает то же самое - со скелетом.
- Виола, кровать, - напоминает Габриэль.
И укладывает Дамиана рядом с этим «динозавром» - когда я, рывком и, стараясь очень уж не смотреть, срываю с кровати покрывало вместе с его содержимым. Хочу выбросить и «динозавра», но тот неожиданно щёлкает на меня зубами и поудобнее устраивается под вторым одеялом.
Да, мне нужно серьёзно подумать, хочу ли я делить свою постель и Дамиана с... этим.
Залитая солнцем - когда я распахиваю тяжёлые бархатные шторы, чтобы впустить в комнату свет и найти, где Дамиан держит воду - комната выглядит ещё омерзительнее. Пол покрыт пентаграммами весь: схема наслаивается на схему, потом на ещё одну, так что уже не понятно, что там нарисовано. Погасшие свечи валяются повсюду, и всё вокруг: мебель, найденный мною кувшин с водой, кожаная сумка и какие-то ящики, - всё заляпано воском и кровью. И чем-то ещё, цветным, тоже засохшим и вонючим.
Я торопливо открываю окно и впускаю в комнату ещё и свежий воздух.
Габриэль с усмешкой следит за мной из тёмного угла (тут их полно).
- Что, принцесса, рассказать тебе, где прислуга держит щётки и метлу?
- Зачем? - я сажусь на кровать рядом с Дамианом, достаю платок, макаю его в воду и принимаюсь обтирать моему демонологу лицо. Белый, кружевной платочек тут же становится красным.
Габриэль улыбается.
- Уборка, принцесса, - и, когда я поднимаю на него удивлённый взгляд, объясняет: - Во всех семьях волшебников, за которыми я наблюдал, женщины делают одно и то же. Обычно вам не нравятся пентаграммы на полу и кровь на кровати, несмотря на то, что ваш муж, быть может, потратил на изобретение формулы целый месяц, сделал около тысячи расчётов и забил вашу любимую кошку... Именно поэтому демонологи так редко женятся.
- Хватит, - прошу я. - Это комната Дамиана, пусть сам в ней и убирается. Габриэль, ты можешь исчезнуть на часок?
Демон бросает на меня последний странный взгляд и пропадает, а я устраиваюсь на кровати удобнее, скидываю туфли на пол и устраиваю голову Дамиана себе на колени.
- Фы-ы-ы-ы! - говорит летучая-мышь коврик надо мной. - Фы-ы-ы!
- Захлопнись!
Солнечный луч падает на лицо Дамиану, но ресницы не дрожат и - я только сейчас замечаю - грудь Дамиана не поднимается и не опадает в такт дыханию.
