И началось! Шофёр ГКЭС приехал только в половине пятого, однако Кольцов всё успел сделать: получить авиабилеты в «Аэрофлоте» (благодаря предварительной договорённости), деньги в ГКЭС и свой паспорт в консульстве. Рябова он не видел, но поговорил с Барсуковым, который был очень недоволен его отъездом, но, похоже, уже «остыл». Вечером Сергей с Лидой отправились в кино смотреть «Декамерон» Пазолини. В это время женщины дома выясняли отношения между собой.
Суббота была для Кольцова напряжённым днём. Лида укатила с Крашенинниковыми по магазинам за последними покупками. Сергей сходил последний раз во «Вьетнам», выпил пива. Затем — в «Супермаркет». После этого с Пако поехали пить пиво в «Gaitano». Дома обедали поздно. Вечером Сергей опять перевешивал чемоданы, получилось 66 кг., на 6 кг. больше! Психанул, конечно. Заехал попрощаться Герардо. Позвонил Ренсо и сообщил, что оформить разрешение на вывоз попугая «не получилось», т. к. …у Ломбардо нет бензина и т. д.
Последние новости:
20 мая — воскресенье. День проводов начался с последних сборов. Затем Кольцовы заехали к Ренсо и Марго, у них дома уже были Ломбардо и Хулия. Пообедали. Всем было не очень весело. Ребята загрустили. Марго плакала. Она уже знала, что Лида из отпуска не вернётся, и они больше не увидятся. Домой Кольцовы вернулись рано. На «прощальном ужине» в доме присутствовали только Ромашины, Бек с женой и Нелли. Остальные во главе с четой Орловых уехали на матч по баскетболу. Потом, когда они вернулись, все сидели на крыше поздно, но песен не пели. А у Сергея впервые за многие последние дни было отличное настроение! Завтра они улетают!
В понедельник в аэропорт Кольцовых отвёз Крашенинников (с Лилей), с которым Сергей посидел в баре. Поговорили о делах незначительных, обменялись адресами. Вартан приехал в последний момент (по должности), прощание с ним было сухо.
В 11 часов самолёт поднялся в воздух и взял курс на Москву…
Отпуск Кольцов провёл дома. На четыре дня всей семьёй отправились в круиз на т/х «Ломоносов» по Онежскому и Ладожскому озёрам, посетив острова Валаам и Кижи. Единственное приятное воспоминание. Поездка Кольцова в Ленинград и разговоры в Москве об его «перспективах» ничего не дали. Лида приехала в Москву провожать Сергея, так как было решено, что он на этот раз летит один. Дочери надо было идти в школу, сына забрали из интерната, где оставлять его больше было нельзя. Отстояв теперь большую очередь в авиакассах на Фрунзенской набережной, всё–таки билеты на ближайший рейс купить не удалось. Пришлось проторчать в Москве двенадцать дней, которые прошли в суете, во встречах с родственниками и друзьями.
В самолёте Кольцов летел в I классе вместе с «проверяющими» Кондратьевым (из Минвуза) и Унароковым (из ГКЭС). В Шенноне он попытался угостить Кондратьева «портером». Но, узнав, сколько стоит бокал тёмного пива (1,5$), тот в панике оставил нетронутый бокал на столе…
В аэропорту Манагуа их встречали Матвиенко (из ГКЭС) и Вартан Мирзоян. От них Сергей узнал новости. В его отсутствие состоялся партийный «разбор» преподавателей–общественников. Затем на партактиве Петухов критиковал Кольцова (заочно) и Орлова за «менторский тон» общения. Затем этот вопрос обсуждался на парткоме. По слухам, причина всему — два доноса на Кольцова, поступившие из посольств ГДР и Кубы (Химена и Луис?!). Однако его представления в ГКЭС и в посольстве прошли нормально.
Из других новостей: в группе формируется антимирзояновская коалиция во главе с Тюхтей. В Союз вернулись Колтун и Селинский (математик из Ленинграда, проработавший здесь всего год). Встретившись вечером с приехавшими Ренсо и Ломбардо, Сергей узнал, что «его» машина продана. Ломбардо отдал ему деньги, но явно этим не был доволен. Он тоже собирался на Кубу!
В стране шло выдвижение кандидатов на президентские выборы.
