Пятачек я сравнивал и с его продолжением, где разбирался с геологией сам. Пришел к неутешительному выводу: как и у Владимира, нет масштабных и интенсивно проявленных процессов изменения – те же разобщенные пятна осветления в неширокой полосе, правда стреляющей на знаменитую Пашину канаву. Для полной ясности, полосу эту, как и у Владимира, придется канавой экскаваторной вскрыть, не больше.
Рабочий день подходил к концу, Паша с гордостью вдохновенно показал и рассказал все возможное, Владимир, уже не столь мрачный, все выслушал и все посмотрел без комментарий. Пришло время поинтересоваться, что на пятачке делать дальше.
«У тебя может и до руды дело дойти,» – для начала оптимистично настроенного гида похвалил, на что Владимир первый раз за последнии дни негативно не отреагировал, – «Вот и расскажи, что собираешься вскрывать, и какие объемы канав для этого понадобятся.»
Паша тут же принял озабоченный вид, отражающий работу извилин, и… молчал, из-за отсутствие на данный момент подходящих предложений. Ясно, вопрос индивидуально не прорабатывал, хотя должен был это давно сделать. Постояли молча с минуту, и Владимир не выдержал:
«Что телешься?» – это Паше, – «Каждый геолог всегда должен такие вещи знать! А у тебя никакого плана!»
«Ну,» – наконец в голове у того что-то промелькнуло, – «можно БКМом сеть сгустить, что бы дудки были в профилях через пятьдесят метров, и две канавы задать, где породы изменены сильнее всего,» – показал, что видения ситуации – можно сказать стратегического – бог ему не дал. Сейчас дополнительные дудки, эти точечные уколы, ничего в принципе не изменят. А двух канав ручных не просто мало – капля в море, потому что уточнят строение одного-двух пятен гидротермального изменения, но реальную картину общего развития по мощности и протяженности не дадут. Дальше слушать коллегу Владимир не мог:
«Опять на ерунду понесло!» – адресовал Паше, но высказал мне, – «Здесь магистральные канавы нужны, и не одна, а несколько! «Березиты» твои вскрыть на полную мощность, убедиться, что они не как горох пятнами рассыпаны, а два-три тела слагают! А еще лучше – одно большое!»
Паша с опаской отвернулся, поискал взглядом непонятно что в районе горизонта, и неуверенно сформулировал ответ на навязываемое ему почти готовое решение:
«Здесь можно пройти,» – жестом показал, что через лощину.И снова замолчал, как партизан на допросе.
Владимир обреченно махнул рекой – другого от нашего молчуна и не ожидал. Пришлось срочно гасить нарождающуюся перепалку:
«Так, мужики», – заставил обоих прислушаться, – «время подумать есть. Завтра четверг, день камеральный, вот и наметите канавы. И мне персонально покажете, что у вас получилось.» Паша в ответ кивнул, молча и серьезно – предложенное дело его не радовало и даже пугало. А Владимир усмехнулся – для него канавы намечать – что семечки щелкать.
После поля в камералке не задержались. Завтра день решения накопившихся геологических шарад и загадкок, изучения отобранных образцов, закрепления тушью на планшетах подтвержденных элементов геологического строения. То-есть, сидячей работы край, и начинать ее сейчас резона нет – голову желательно освежить, освободить от накопившегося в поле. А у меня и дело впереди, не связанное с работой, да и Дока, с кем договорились прокатиться в долину, мог втихаря смыться из гаража раньше обещанного, и возле моего дома уже околачиваться.
В последнем я не ошибся, издали заметив мотоцикл возле калитки, а подойдя поближе – и лопату, черенок которой торчал из люльки. Сам Дока блаженствовал в тени на крыльце, при моем появлении бодро вскочил на ноги.
«Наконец-то!» – забыл поздороваться по человечески, – «Собирайся быстрей, у нас делов куча, можем не успеть!»
Я бросил в летней кухне термос и сумку для тормозка, ополоснулся под краном, и был готов к подвигам. Дока рысью подскочил к мотоциклу, и через пару минут мы катили в направлении к долине, с надеждой на многообещающие приключения. Чапа в люльку запрыгнуть не забыл.
До переезда через железку доскочили в момент, дальше по проселку вдоль нее скорость пришлось поубавить – пыль и песок не только тормозили, но и бросали мотоцикл из стороны в сторону. Еще раньше Дока попросил показать, где лихие ребята с мешком денег пересекли проселок, направляясь в сторону сопок, теперь он внимательно осмотрел их следы, вместе с Чапой – я постарался ничего не затереть.
«В кедах бежали, оба,» – сделал вывод, один к одному с моим вчерашним, – «у одного размер самый последний – лапа как у медведя, а у второго маленький, почти женский,» – поднял на меня голову, – «Теперь я их ни с какими другими не спутаю»
