Первая попытка результатов не принесла, вторая, когда сместились на метр в сторону, тоже. На третьей, сместившись еще раз, что-то за крючек зацепилось. Потянул весло вверх, и оно пошло, но с небольшим сопротивлением. Уже вышла из воды рука, и я смог в лодке выпрямиться, уже пол весла было над поверхностью, и я успел подумать, что все, никакой гигант у нас на перемете не сидит, и об этом можно сказать напарнику. Но тут он проявился – неожиданная мощь потянула весло в сторону, и я с трудом ухитрился удержать его в руках только благодаря лодке, мотанувшейся вслед за веслом в амортизирующем рывке.Тоже не слабом – Доку откинуло назад, он схватился руками за борта лодки, и от радости, поняв, что перемет кто то тянет, проорал:
«Есть!» – сполз с сиденья , в позе на коленях задышал над Чапой у меня под ухом, – «Осторожней тащи!»
Первый рывок прошел, и леска с крючка на весле не соскочила. Медленно потянул весло вверх, уже на поверхности схватил леску рукой, снял с крючка.Повернулся к напарнику – тот с открытым ртом и распахнутыми глазами бросал взгляды то на меня , то на леску за бортом.
«Я буду держать», – на его глазах намотал пару оборотов на ладонь, – «а ты осторожно хватай конец, который к камышу идет, поднимай из воды и от камыша отцепляй, потом привязывай к лодке, к кольцу на корме», – напарнику улыбнулся – «Что бы крокодил лодку таскал, а перевернуть не мог!»
«Понял!» – Дока осторожно попятился назад, подцепил рукой леску. И тут рвануло еще раз! Мою руку потянуло вниз с неодолимой силой, лодку резко развернуло. Я бросился на дно, с единственным желанием не вылететь за борт – этот зверюга мог и утопить запросто. Доке, что бы удержать равновесие, леску пришлось бросить.
Славо богу, и второй рывок кончился благополучно. Дока еще раз захватил леску, начал поднимать ее из воды. Верхушки камыша, к которому она была привязана, появились на поверхности, но от лодки метрах в трех. Если сейчас к нему подтягиваться, то мне придется леску натягивать и невидимого монстра тревожить. Провоцировать его на третий рывок совсем не улыбалось. Напарник был того же мнения, и за моей спиной закрутился, не зная что сейчас предпринять.
«Режь леску», – подсказал единственное приемлемое решение, – «и побыстрей, у меня рука немеет, этот гад так затянул, что кровь к пальцам не поступает!»
Дока схватил топор – ни у кого из нас ножа не оказалось, придурков законченных, и отпилил им леску как можно дальше от лодки. Бросил топор на дно (слава богу, не пробив дыры), и перегнувшись с кормы к воде, лихорадочно привязал конец лески к кольцу, за которое лодку обычно тащят на буксире.
«Готово!» – и я с облегчением освободил онемевшую ладонь. Помахал рукой, восстанавливая в пальцах кровообращение.
Лодку развернуло на сто восемьдесят градусов – кто то невидимый не рывком, а медленно и уверенно, как осознающий свою силу, тащил нас за корму.
«Что теперь?» – Дока заворожено следил за леской, уходящей натянутой струной на глубину по касательной к поверхности.
«Пусть покатает», – теперь можно и не спешить, утопить нас не получится во всех случаях –глубина не больше полутора метров.
«А потом что?» – не мог успокоиться напарник.
«Потом начнешь перемет выбирать, до первого крючка. Если на нем никто не сидит – крючек отрежешь. И остальные будешь отрезать, пока к крокодилу не подберемся поближе – между ним и тобой ни одного крючка не должно быть, иначе лодку обязательно распорет!»
«Понял», – не откладывая дело, потянул за леску.
За час, между переодическими рывками, Дока изловчился отпилить пять крючков, предварительно сняв с них двух небольших сомиков. До монстра, которого мы уже иногда замечали как громадную тень возле поверхности – и тогда Чапа на нее рычал – оставалось пара крючков, но добраться до них не получалось.
Зверюга успел оттащить нас от берега метров на сто, хотя на конце перемета был привязан приличный камень вместо якоря. И как добраться до берега – пора было подумать, камень и крокодила тащить на буксире не получалось.
«Придется тебе поплавать», – предложил Дока, – «В мотоцикле нож найдешь, и с ним вернешься. А потом решим, как этот камень отрезать».
«Здесь сиди!» – приказал собачухе, и соскользнул за борт. Встал на ноги – глубина ровно до носа. Без лишнего шума поплыл к берегу, метров через пятьдесят стал на ноги и к нему пошел.
Парни, одолжившие нам топор, поинтересовались, каким непонятным делом мы с Докой на воде занимались. Объяснил, что сидит на перемете гигант, что конец перемета мы к лодке привязали, но на его другом прицеплен камень, из-за которого вытащить рыбину на берег не можем. Вот и приплыл за ножем – с ним понырять, и если повезет, то камень отрезать.
«Горячку не порите!» – посоветовал тот, что постарше, – «Попадешься на крючек – мало не покажется!»
Я пожал плечами – а что делать, другого выхода нет.
«У нас кошка есть, перемет со дна поднимать», – вспомнил тот, что помоложе, – «Могу тебе помочь – сплаваем вместе. А кошкой перемет на дне зацепить – плевое дело!»
