«Вариант есть», – вспомнил я наш старый разведочный участок, – «в том районе велись детальные работы – канав накопано море, пройдена шахта. Спрятать можно что угодно, но что бы добежать, преступникам нужно сделать крюк. Минимум четыре километра, лишние сорок минут времени, и если деньги там спрятать, возвращаться за ними неудобно», – я замолчал, что бы дать оперу возможность мое предположение прокомментировать.
«Не знаю», – Михаил вздохнул, – как то не смотрится, что бы они к вашей шахте отворачивали», – посмотрел на меня, – «Времени у них в обрез было, а раз уже установлено, что к шоссе вернулись, то зачем им этот крюк лишний?»
«Тоже так думаю», – согласился с опером, – «а теперь мне нужно знать», – посмотрел на него, – «через какое время ты приехал на место аварии, желательно в минутах».
«В минутах», – опер недолго подсчитывал в уме, – «ровно через один час двадцать минут», – и показал, что понял ход моих мыслей, – «а еще через минут двадцать пять не больше, там проскочил Восход. Ты об этом хочешь услышать?»
«Об этом», – кивнул я головой и улыбнулся, наблюдая как Дока демонстрирует смесь любопытства и недоумения, – «Я на работе карту посмотрел, высчитал, что на областное шоссе преступники выскочили через час тридцать четыре минуты. А Восход с одним седоком проскочил в Мирный через час сорок пять. И получается по времени, что мотоциклист, выбравшись на шоссе, ни на какую турбазу не заезжал, никого до нее не подвозил, потому что для этого у него не было даже минимума времени. Значит, двое других к ней добирались пешком, и деньги с собой не тащили точно», – по очереди посмотрел на слушателей, к удивлению ни разу моим придумкам не возмутившимся.
«А если на шахту забегали?» – прорезался Дока.
«Тогда Восход к ганстерам отношения не имеет», – ответил опер, – «к тому времени наши ребята уже стояли на перекрестке шоссе с ведомственным асфальтом. Все контролировалось.»
Немного помолчали, Михаил прикурил вторую сигарету. Несколько раз затянулся, прищурил глаз от попавшего в него дыма, посмотрел на меня:
«Умеешь ты голову морочить», – оценил с улыбкой мое выступление, – «Но все у тебя убедительно, тут не отнимешь.» Насладился еще двумя затяжками сигаретной отравы: «И что теперь предлагаешь? Может мотоцикл, который я тогда видел, к нашему делу и отношения не имеет? Тогда что?»
И такой расклад возможен – лично я на месте этого гребаного мотоциклиста ни секунды лишней на шоссе не светился бы, и уехал куда нужно по бездорожью между сопками. Хотел об этом Михаилу доложить, раз и он насчет Восхода сомневался, но напарник меня опередил:
«Еще раз возле шоссе поискать, где мы вчера были, а не найдем ничего – в долину вернуться, там полазить!» – предложил Дока, наконец то получивший возможность донести до остальных свое мнение, правда, трансформированное в нужную сторону – на турбазу его уже не тянуло. Я незамедлил кивнуть головой в поддержку, после чего и Михаил с ним согласился:
«Попробуйте поискать, только», – погрозил нам с Докой пальцем, – «не найдете – за железкой все же побегайте! Мало ли что у них в голове могло появиться?» – это он имел в виду беглецов с деньгами.
«А если они все же доскочили до нашей старой шахты?» – еще раз обратил внимание опера к такой версии.
«Шахту я помню!» – Михаил улыбнулся, – «Хорошо мы с тобой тогда поработали!» – вспомнил старое дело, когда искали похищенную с этой самой шахты руду, – «Значит, проверить и ее должны обязательно! А как – не мне вам советовать!»
Можно считать, что о проделанной работе мы с Докой оперу выложили, и планы на будушее согласовали. Теперь хотелось узнать о его делах, связанных с парнем, просившем летчикам в нужный день газануть над Придорожным, и мотоциклом Восход, оставившем следы в нескольких местах несомненного там присутствия похитителей денег. Опер конечно читал эти желания на наших лицах, и пока молчал, с ухмылочкой много знающего человека.
«Парня, который к летчикам обратился в Солнечном, я вычислил – пораспрашивал нужных людей и узнал, кто кралю в Придорожном имеет. Ну для которой самолет газовал. Он у нас (то-есть в Мирном) живет, только Восхода у него нет, и никогда не было», – опер внимательно нас оглядел, оценивая эффект сообщения. Дока тут же продемонстрировал, что он есть:
«У друзей брал, на время!» – не смог удержаться, на что Михаил с ехидством улыбнулся:
«Правильно понял, и друга такого я нашел, только», – он помолчал, усиливая эффект, – «сегодня ночью его мотоцикл от дома угнали и сожгли на свалке! И теперь не докажешь, что это был наш мотоцикл, следы протектора которого я в кашаре нашел, а вы возле ямы в долине – резина сгорела полностью!»
«И что теперь делать?» – Дока поразился настолько, что не придумал собственного решения.
«Хозяин мотоцикла не отказывается, что давал парню технику, и пользовался тот ею часто. И в день аварии с инкассаторами тоже брал – этого он не отрицает, но по времени события не совпадают!».
«Парень-то сам где сейчас?» – вклинился в разговор и я, удивленный, что тот еще не под замком в милиции.
