— А чё ты звонишь с Ксюхиного телефона? — улыбаюсь в ответ.
— Потому что моему минуту назад пришёл конец.
— Как это? Ты ж только недавно его купил.
— И уже умудрился разбить, — причитает Тёма. — Перевозил сегодня барабаны в гараж, вернулся домой уставшим, голодным… Спешил, уронил телефон… Так вот, чего я тебе звоню… Выручишь друга?
— А что надо?
— Чувак, понимаешь, я не могу без телефона. Мне Майе нужно позвонить, ну и не только. Короче, родаки ещё не вернулись, а у меня на карте осталось не так уж много денег. На нормальный телефон не хватит. А звонить родакам не хочу…
— Тебе надо добавить денег? — угадываю я.
— Ага, одолжить. Родаки приедут, и я верну.
— Да не вопрос, какие проблемы?
— Ну, просто я хотел попросить тебя сделать это сейчас. Может, подъедешь со мной в магазин, поможешь заодно выбрать?
— Что, прям сию минуту?
— А ты занят?
— Ну, такое… — решаю не вдаваться в подробности. — На трешу собирался.
— Может перенесёшь её на позже? — умоляет Тёма. — Ник, я — твой должник. А то мне уже крышу сносит! Мне нужно срочно позвонить моей Богине!
— Ромео, а почему ты не позвонил ей до того, как разбил телефон?
— Не хотел на неё давить. Полтора дня ждал, больше терпеть не могу!
— Ну ладно, ладно, куда я денусь…
Возвращаюсь к столику и, коротко извинившись перед Никой и Костей, валю прочь из кафешки. Может, оно и к лучшему. Незачем мне себя терзать, наблюдая за этой милой парочкой. Хотя Николь сегодня не такая уж и милая. Не знаю, что на неё нашло, но эти её постоянные подколки и замечания заставляют меня насторожиться.
Спустя пару часов мы с Тёмой выходим из магазина. Друг с последней моделью айфона в руках, я же с изрядно исхудавшим кошельком. Не могу не порадоваться за Тёму, наблюдая, как он счастливо улыбается, болтая по телефону с Майей.
— А, может, рванём в гараж и порепетируем? — предлагает товарищ, находясь в приподнятом настроении после разговора с любимой.
— А давай, — отвечаю я. — Всё равно моя треша накрылась медным тазом.
***
Ждём в ангаре Кирюху с Жекой. Тёмыч сидит за своей новенькой барабанной установкой, что-то настраивает и поправляет, я стою с ним рядом, провожу рукой по тарелке:
— Это, реально, вещь!
— А то! Зацени! — Тёма берёт в руки палочки и начинает барабанить. — Вау! Чувствую себя, как за рулём новенькой тачки!
— О да, я тебя понимаю!
— Давай-ка вместе что-то замутим, пока парней нет, — предлагает товарищ. — Ты сочинял новую песню, может, её и попробуем сыграть?
— Даже не знаю, она ещё не доработана и нет второго куплета.
— Так вот вместе как раз и доработаем. Ты начни, а я подхвачу.
— Она тебе может не понравиться, — колеблюсь я.
— Чего это?
— Она лирическая.
— Серьёзно?! — воодушевляется барабанщик. — Чувак, ты написал лирическую песню?! Такого не было уже лет сто!
— То есть, ты рад? И ты не считаешь, что лирика — это слюнявая херня? — недоверчиво поглядываю на приятеля.
— Никитос, да это же ты так всегда говорил! А я только за! Ты посмотри на меня — я романтик до мозга костей! Только скажи мне, что это не совсем прям медлячок, потому что я не переживу, если кто-нибудь пригласит на танец мою Богиню, пока я буду на сцене!
— Мелодию нужно ещё доработать, поэтому пока сложно сказать, что из этого выйдет.
— Так давай же начнём!
В ангар заваливают Кирюха с Жекой.
— И что это на вас нашло, что вы решили спонтанно собраться? — вместо приветствия спрашивает Киря.
— А то, что наш фронтмен работал над новой песней и мы хотим попробовать её сыграть, — отвечает ему Тёма. — Не без использования моих новеньких барабанов, конечно же!
— А, понятно, понятно. Новая песня, новые барабаны — это святое! — лыбится клавишник.
Лупашим для разминочки парочку старых композиций, а затем приступаем к разучиванию новой.
Звучат финальные аккорды.
— Круто получается! Мне нравится, — комментирует Жека.
— И мне! — присоединяется Тёма.
— Спасибо, парни, я тоже доволен. Осталось дело за малым — написать текст второго куплета, — разминаю пальцами переносицу.
— Надеюсь, на этой неделе тебя снова посетит вдохновение, — лыбится бас-гитарист.
— Ага, в прямом смысле слова, — загадочным тоном подхватывает Киря.
— Не понял, — вопросительно смотрю на него.
— Ну, я имею в виду то, что это ж, наверное, Ксюха тебя вдохновила на написание новой песни…
— При чём тут Ксюха? — перевожу взгляд на Тёму, но тот лишь пожимает плечами, мол не в курсе, чё это Кирюха такое морозит.
— Да ладно вам, чуваки. Вы чего? — встревает в разговор Жека.
— Да это вы чего? — на полном серьёзе возмущаюсь я.
— Блин, Ник, харэ прикидываться! — лыбится Киря. — Мы о той фотке. Сложно не узнать на ней твои татуировки.
— О какой именно фотке идёт речь? — морщу лоб.
— О той, где ты в постели с Ксюхой, о какой же ещё?
— Вы видели эту фотографию?! — моему возмущению нет предела.
— Да, — отвечает Жека.
— Бля, но когда вы успели? Ксюха её удалила почти сразу же после того, как выложила!
— Ник, ты чё так нервничаешь? — удивляется Кирилл. — Или, упс, Тёма, ты был не в курсе? — косится на барабанщика.
— Я-то в курсе, — отвечает тот, и клавишник с облегчением выдыхает. Вот только мне, блин, не становится легче.
