– Шмель! Куда ты?! Я ещё не всё договорила! – заканючила она.
– Извини, меня зовут, – ответил он.
Едва Шмель прошёл в дом, я изобразила Моднице, как она пыталась его удержать, та скривилась и показала кулак.
– А где бабушка? – спросил Шмель, уже выходя из дома.
– Извини! – начала я с неожиданным для самой себя сарказмом. – Я отвлекла тебя от интересного разговора! Бабушка где-то у соседей. Она велела передать, чтобы, как только ты придёшь, непременно растолковал мне, что такое электричество и электромагнитные волны, а то скоро осень, а я к учебникам даже не подходила! Да, и ещё раз извини!
– Если тебе нужна помощь, смени тон.
– И вовсе мне не нужна помощь! – продолжила я сердито. – Моим делом было передать тебе слова бабушки! Теперь можешь идти! Модница тебя заждалась!
Шмель подошёл ближе и проницательно взглянул в глаза.
– Ты меня ревнуешь?!
– Что-о-о?! Я ревную?! – воскликнула я, распаляясь.
На самом деле я, конечно, сердилась не по-настоящему. Мы иногда нарочно говорили друг другу что-нибудь такое, чтобы подурачиться…
А может, он догадывался о моих истинных чувствах к нему…
Но нет, ведь все говорят, что мужчины недогадливые. А о своих «истинных чувствах» я и сама ещё всерьёз не думала. Мне итак было хорошо.
Но вот ревновала я его, кажется, по-настоящему! Но как друга… А он имел ввиду другое, и за это его надо было непременно догнать и отлупить! Но по-дружески…
– Да как ты мог такое подумать?! Как ты посмел мне такое сказать?!
– Точно! Ревнуешь!
– Ну сейчас я тебе покажу, как «ревную»!! Стой! Ну сейчас я тебя догоню!!
– Догоняй, а заодно запоминай: электромагнитные волны…
Шмель забежал в дом. Я кинулась за ним.
Блаженно развалившаяся на диване кошка шмыгнула в своё привычное убежище, под шкаф, и недовольно оттуда таращилась, очевидно, негодуя: «И когда только они повзрослеют?!»
Опрокидывая стулья, мы носились вокруг стола.
– …Электромагнитные колебания, распространяющиеся в пространстве с конечной скоростью…
– Сейчас я тебе покажу!
– …Определяемой свойствами среды… Роуз, не кидайся учебниками и стул поставь!.. Скорость распространения электромагнитных волн…
Шмель, увидев, что я схватила утюг, забежал в мою комнату и закрыл дверь.
– Открой немедленно!
Открыв, Шмель накинул на меня покрывало, но упал, споткнувшись о шнур утюга. Я тут же накинула на него это же покрывало и села сверху.
– Попался! Ой!
Мой поверженный враг поднялся на четвереньки, и, чтобы не свалиться, я схватилась за него свободной рукой, в другой держала утюг.
В этот момент в зал вошла бабушка.
– Что здесь творится?
– Ой!.. Физику учим!.. – Поставив на стол утюг, я схватила с пола учебник.
Бабушка, руки в боки, строго взглянула на нас.
Через несколько минут Шмель на воротах мелом изображал электромагнитные волны, писал формулы и объяснял, что к чему. Но я ничего не понимала, а всё потому, что у одной из моих одноклассниц родители психологи. И вчера, когда эта одноклассница и ещё несколько девчонок собрались у нас на лавочке, разговор зашёл о парнях, и она наставительно сказала: «Чтобы человека узнать полностью, надо узнать, каков он в гневе!»
«А Шмель на меня ещё ни разу по-настоящему не сердился…» – подумала я и решила во что бы то ни стало его рассердить! Поэтому с таким нетерпением его ждала.
– Ну почему ты не понимаешь?! – спрашивал он про электричество.
– Не понимаю и всё!
– Ведь я же тебе уже сто раз объяснял!!
Видя, что он вроде начинает сердиться, я постаралась «подлить масла в огонь».
– Я даже не понимаю… не понимаю, как я могу ощутить это электричество, если я его не вижу! Ведь если я его не вижу, то, наверное, его вообще нет! И все эти физики просто выдумали, будто можно ощутить электричество!!
Шмель секунду молча глядел на меня, потом подошёл.
– Закрой глаза.
– Зачем?
– Закрой.
– Ну, ладно.
Едва закрыв глаза, я почувствовала поцелуй, и наглец тут же получил пощёчину.
– За что, Роуз? Ведь ты ничего не видела, а значит, не должна была ничего почувствовать!
– Да как ты посмел?! И как тебе не стыдно?! Уходи!!
Шмель, держась за покрасневшую щёку, взмахнул крыльями и взмыл вверх.
Из дома вышла бабушка и что-то спросила.
Ничего не ответив, я убежала в свою комнату. Свернулась калачиком на кровати и, укрывшись с головой покрывалом, стиснула зубы, чтобы не заплакать.
Но слёзы не слушались, и я перестала их сдерживать.
– Какая же я злая и жестокая! Зачем я его так сильно ударила?! Ведь я сама его сколько раз целовала, правда, в щёчку…
– Не расстраивайся, внучка. Завтра он придёт, и вы помиритесь.
Откинув покрывало, я увидела бабушку. Она села рядом.
– Бабушка! Ты всё слышала? Ты расскажешь маме?!
– Почему ты не хочешь поделиться с матерью своими чувствами?
– Она скажет, что я веду себя недостойно! А я и сама не знаю, как я себя веду и как надо! А про Шмеля скажет, что он наглый хулиган и чтобы не смел здесь больше появляться!
– А ты хочешь, чтобы он… всегда был с тобой?
Я опустила голову и вздохнула.
Бабушка обняла меня.
– Он как солнышко, – заговорила я шёпотом, – когда он рядом, я ничего не боюсь… Мне так хорошо на душе, как в волшебной сказке. И хочется, чтобы эта сказка никогда не кончалась.
