4. Труды Антонио Беатилло (Antonio Beatillo, начиная с 1620-х годов), к которым относятся «История жизни святого Николая»
5. В книге историка, монаха-иконописца Дионисия Фурнского «Ерминия» (первая треть XVIII столетия, около 1720 года), жившего на Святой Горе Афон, есть много изводов изображений, которые стали руководством для тех, кто писал святых. У него есть кодифицированное изображение, где мы видим Никейский собор и многих подвижников — его участников. Среди них и Арий, а напротив него — святитель Николай, протягивающий руку, чтобы ударить его. Так история продолжала приобретать зримые формы…
6. Уже на рубеже XVII–XVIII столетий у святителя Дмитрия Ростовского мы находим этот рассказ во всей полноте. И звучит он так (именно звучит, как шлепок в тишине по щеке, замененной автором на «мягкое» слово «ланита»): «Святые отцы собора изложили правое учение, предали проклятию Арианскую ересь и вместе с нею самого Ария и, исповедуя Сына Божия равночестным и соприсносущным Богу Отцу, восстановили мир в святой Божественной Апостольской Церкви… Николай… мужественно стоял против нечестивого учения Ария и вместе со святыми отцами собора утвердил и предал всем догматы православной веры. Инок Студийского монастыря Иоанн повествует о святителе Николае, что одушевленный, подобно пророку Илие, ревностью по Боге, он посрамил сего еретика Ария на соборе не только словом, но и делом, ударив в ланиту. Отцы собора вознегодовали на святителя и за его дерзкое деяние постановили лишить его архиерейского сана».
То есть за деянием последовали суд и освобождение святителя от епископского сана. А потом даже заключение в тюрьму!
Было ли такое? В упомянутом нами одном из самых «авторитетных» в данном вопросе и наиболее древних источников — рассказе XVI века грека Дамаскина Студита (который основывался и на латинских источниках) — прямо сказано о пощечине (удар по щеке). Правдивость своих сведений автор пытается защитить в предисловии, где он называет себя пересказчиком (почти повторяя этот самоэпитет от Симеона Метафраста): «Я нашел разумным писать о церкви не так, как это могло быть, но так, как многие об этом рассказывали, излагая свое мнение».
Но писали потом об этом многие. Разделившись на два лагеря: «за» пощечину и «против» нее.
Примечателен, с одной стороны, взгляд на это митрополита Илариона (Алфеева), который мы даем в переводе (из публикации-проповеди «Пощечина Арию» в Италии в 2015 году), так как оригинал текста опубликован именно по-итальянски: «Образ Николая, как защитника веры, в сочетании с его темпераментом, продемонстрированным в Praxis de Stratelatis (Деянии о стратилатах), то есть энергичным и бесстрашным против несправедливости, сделал пощечину в защиту православной веры очень понятной».
Те, кто считает невозможным сам факт удара по щеке, иногда приводят в защиту святителя Николая цитату из архиепископа Херсонского Иннокентия, который так характеризовал епископа: «Если бы свт. Николай был уверен в возможности — ценой собственного спасения — избавить от вечной погибели всех ариан, то, без сомнения, подобно Моисею и Павлу, он согласился бы сам быть изглаженным из книги живота вечного, только бы вписаны в нее были имена сих заблудших людей».
То есть, вероятнее всего, святитель Николай по характеру своему не мог такого совершить.
