В итоге на контакт буры не пошли и просто, как делали это уже несколько раз раньше, бросили свое хозяйство, уйдя от проблем вглубь континента. В тот момент такое решение меня устраивало, однако прошло десять лет и уже русские — сначала отдельные авантюристы, исследователи и миссионеры, потом купцы и негоцианты, а за ними, что логично, и колонисты — начали проникать на территории, отстоящие от океанского побережья на сотни километров. Стало ясно, что нового конфликта интересов избежать не получится.
И вот в конце лета 1853 года в Петроград с юга Африки — у нас это уже был налаженный маршрут: от Нового Смоленска до Суэца морем, от Суэца до Александрии на поезде по железной дороге, проложенной в том числе и для упрощения постройки канала, и потом из Александрии до Одессы опять морем, с использованием пароходов весь путь занимал меньше месяца — прибыла делегация от буров, живущих за рекой Вааль, для решения назревающего конфликта.
— Что вы видите перед собой, господа? — Я улыбнувшись забросил пару ягод винограда себе в рот и с наслаждением проглотил брызнувший из них сок. Погода радовала солнцем, жара уже ушла, и настроение у меня было в тон ей: спокойное и умиротворенное.
Мы сидели на вершине холма, где были расставлены столики, стулья и зонты для укрытия от солнца, и при этом открывался чудесный вид на происходящие внизу военные маневры. Нет, полной картины, понятное дело, видно не было ведь маневры проходили на достаточно большой площади в несколько десятков квадратных километров, но даже просто вид снующих туда-сюда полков, вереницы пушек, и проносящихся по какой-то своей надобности кавалерийских эскадронов был более чем впечатляющей. А если добавить к этому еще и несколько висящих тут и там воздушных шаров, с которых по протянутым проводам наблюдатели «стучали» в штабы самые свежие «разведданные», активную пушечную и ружейную пальбу и даже прокатывающиеся иногда локомобили, тянущие здоровенные осадные орудия, на неподготовленного человека все это производило неизгладимое впечатление.
— Вы виидим, что выы пытааетесь нас запугат, вааше величество, — на английском языке, но с заметным акцентом ответил лидер трансваальских буров Андреас Преториус. По моим данным он имел достаточно серьезный авторитет среди всех белых африканеров и был настроен агрессивно как по отношению к англичанам, так и по отношению к русским. Тем не менее само решение приехать в Россию, приняв мое приглашение о переговорах, говорило об очевидном поиске приемлемых решений с его стороны. — Если выы думаете, что моожете запугать буров, то вы ошибааетесь.
— А если взглянуть чуть глубже? В России есть присказка, звучащая «за деревьями не видит леса», если вы понимаете, о чем я. Так вот это относится и к вам в полной мере, — по вытянувшемуся лицу бура я понял, что основную мысль, которую я пытаюсь ему донести, он не улавливает. Видимо придется разжевывать все более подробно.
Внизу тем временем на исходные позиции вывезли экспериментальные тяжелые гаубицы калибра 180 мм. Над вторым элементом тяжелого осадного дуплекса, а именно 200 мм мортирами мои инженеры все еще трудились, а вот гаубицы уже во всю проходили испытания. Глупо было бы не совместить полезное с полезными и не продемонстрировать бурским переговорщикам мощь российской артиллерии.
В артиллерии у нас намечалась очередная смена поколений. Инженеры уже активно работали над новой 88 мм полевой пушкой с раздвижными станинами использованием противооткатных средств. Фактически мы уже готовились вывести артиллерию на уровень близкий к Первой Мировой, впрочем, пока еще имело место отставание по снарядам. По самим конструкциям, порохам и взрывчатке: тот же тротил пока оставался у меня в качестве припрятанной в рукаве козырной карте. Закладка на будущее. Тем более, что относительно быстро наладить его производство во всем мире могла только Россия, поскольку мы обладали самой продвинутой нефтянкой, другим для этого пришлось бы изрядно попотеть.
Так вот прогресс в артиллерии вынуждал нас тратить огромные средства на постоянное перевооружение армии, и в какой-то момент я даже начал думать, что слишком тороплю события. Мало того, что на все это благолепие уходила просто прорва денег, так я еще и начал ловить себя на мысли, что чисто морально не вывожу эту гонку за технологии. Страшно даже представить; если меня, человека из будущего, который видел в своей жизни такое, что местные не смогут осознать даже в виде фантастической концепции, начинает утомлять гонка за технологическим превосходством, как все это осознают люди вокруг. Натуральный футуршок.
