«Как оказалось, судьба поднесла мне частичку человека, которого я никогда не забуду. Мой малыш. Я буду любить тебя с сестрой несмотря ни на что. Жаль, что твой отец никогда о тебе не узнает. Жаль, что ты никогда не увидишь его улыбки. Жаль, что ты будешь называть отцом того человека, кто меньше всего этого заслуживает. Марко сразу понял. Он знал, что ребёнок не его. У нас давно с ним ничего не было. Он мог бы убить меня, но не сделал. Не знаю, что им двигало, но он не сделал этого. Его чёрное и каменное сердце все еще билось. Что-то живое в нем все же осталось.»
Мой отец даже не знал обо мне. Он даже понятия не имел о моем существование.
«Марко сказал, что лишний позор ему не нужен. Он позволил оставить ребёнка, что я сделала бы и без него. Теперь моему малышу под сердцем три месяца. Мои дети. Это единственное, что дает мне сил терпеть этот ад. Но с каждым разом, сил становилось меньше. Я чувствовала, как задыхаюсь, но понимала: даже мой воздух во власти Марко де Лазара. Он моё мучение, мой персональный ад. Меня ничего не спасёт.»
«У меня родилась дочь. Еще один комок счастья. Осознание, что Ригель её не увидит убивало. Однажды он тайно пришел ко мне. Пытался помочь сбежать, когда я была на ранних сроках. На самую малейшую секунду я верила, что мы сможем, когда он держал меня за руки, смотрел в мои глаза, целовал и обнимал. Но все это было на грани безумия. «Мы» – сломанный конец. История, у которой нет счастливого конца. Порой счастливых концов просто не бывает.
Я отвергла его. Было больно. Вся ситуация рвала моё сердце на мелкие кусочки, но так правильнее всего. Я сказала, что не люблю его, когда моё сердце принадлежало ему. Я сказала, что Марко единственный, кто мне нужен, когда на самом деле, это был Ригель. Я соврала, что наши отношения были просто влечением, хотя эти несколько лет были самыми лучшими в моей жизни. Все, чтобы он жил. Жил ради меня. Ради нас с дочерью»
Следующие записи идут о моем детстве. Мама говорит, что характер я унаследовала от папы. Она писала о нас с Тиной, но потом записи остановились. Не было записей. Только отрывки коротких слов, капли крови и различные каракули, больше напоминающие какой-то шум. Это пугало, но я не сдавалась, листая до самой последней страницы. На ней была высохшая роза и запись, которая разбила меня окончательно:
«Я сходила с ума.
С каждым разом, с каждым ударом мужа, с каждым ударом в сторону девочек.
Я сходила с ума.
Теряла разум.
