– Хорошо, – кивнул Габриэль, делая глоток горячего чая.
– Это что? – почти прыснул со смеху, – Кружка с цветочками?
Это смешно. Ведь Габриэлю это вовсе не присуще. Грозный и молчаливый консильери, правая рука Босса всей Италии и кружка с цветочками?
– Это лютики, – закатил он глаза, – И это просто кружка.
– А мне так не кажется, – немного поддался к монитору, – Это тебе та рыжая бестия дала?
– Это был подарок благодарности за то, что помог ей с учёбой, – Габриэль сделал ещё один глоток, после убрал кружку, – Она и тебе передала.
– О, я польщён, – ухватился за сердце, наиграно вздыхая.
– Придурок, – хмыкнул Габриэль, – Давай уже, заканчивай свои любовные дела, и тащи свою задницу на место, – на полном серьезе выдал друг, незаметно поменяв тему разговора. О Беатрис говорить он не хотел.
– Я вообще думаю, зачем мне возвращаться, если и без меня все справляются? – решился подшутить.
Габриэлю шутка не зашла. Мой новоиспеченный консильери покачал головой, хмуро глядя на камеру.
– Ты чертовски ошибаешься, босс. Без тебя мы не справимся, так что не паясничай, – пригрозил он указательным пальцем в камеру, – И я говорю тебе это не как друг, который всегда поддержит, а как твой консильери, что говорит: твой клан всегда в тебе нуждается. Поэтому бери свою королеву, и возвращайтесь на свой трон. Хватило и пяти лет вашего отсутствия.
Габриэль вселил в меня необыкновенно приятное чувство и мотивацию. Я намерен объясниться с Андреа, и в конце концов, эта чертовка должна меня выслушать. Да, моему поступку не было оправданий; это не было местью, не было шантажом. В тот день я нажал на кнопку, только потому что хотел втереться в доверие Лоренцо Конселло.
Но прощение птички будет стоить всего. И даже моей жизни, если потребуется.
***
Каллаханы ждали нас, когда мы с Торри и несколькими ребятами из клана, подъехали на побережье Хоут, где царствовал ветер. На высоком склоне возвышался маяк и дом с площадкой для посадки вертолёта. Воды атлантического океана бились и бушевали у подножья скалы, а где-то вдали даже виднелись плавающие дельфины.
Каллахан старший стоял спиной, смотря на океан, а рядом его внук; Алекс Каллахан, знаменитый своим ледяным сердцем. Я видел его в последний раз более семи лет назад, на помолвке его сестры с Армандо. Тот самый союз, который убил его сестру – Аду Каллахан. Тогда Алекс был другим. Во всех смыслах этого слова. Улыбался, подшучивал и был добр ко всем. Был классным парнем. Мы перекинулись несколькими фразами на помолвке, но этого было достаточно, чтобы понять его натуру. Но сейчас, когда они повернулись к нам, я понял, что это давно забытый образ. Каллахан младший повзрослел. И сделало его таким не время, а жизнь. По слухам, после смерти сестры, его мать сошла с ума и лежит в психушке, а отец был убит неизвестными. Но были и слухи, что этот неизвестный и есть Дуглас Каллахан. Теперь Алекс являлся наследником клана, помимо своего младшего брата о котором мало что известно. Именно младшему брату Алекса была обещана Нера. И я здесь, чтобы расторгнуть эту договоренность.
– Господи, он такой тучный, что сливается с небом, – прокомментировал Торри, когда наша машина остановилась.
Он был прав. Во-первых, Алекс был тучным во всех смыслах. Даже его волосы были пепельными. Во-вторых, небо стало серым, а солнце вовсе обижено скрылось. Только тучи, готовые пустить дождь и грозы. После жаркой Сицилии, я все не мог привыкнуть к такой влажности.
– Его кличка «снежный король», что ему полностью соответствует, – поддержал я парня.
Торри хмыкнул:
– Тучный король подошло бы больше. А снежной королевы у него нет?
– А что, хотел бы ею стать? – не смог сдержаться.
Торри поменялся в лице, поднимая руки в капитуляции.
– Ну нет, киски интересуют меня больше.
– Ага, его, уверен, тоже, – кинул взгляд на Алекса, выходя из салона.
Встретил нас колючий ветер и шум бушующей воды. Я не впервые ловил себя на мысли, что вода нагоняла на меня жуть после случая с Карло. Прошло больше месяца, а я как наяву помнил, когда погрузился в нее; иглы холодной воды и бездну. Сжав челюсть, отогнал прочь съедающие мысли, и подошел к Каллаханам, останавливаясь в нескольких метрах от них. Нас был шестеро, как и их. Мы с Ирландией были в достаточно хороших отношениях, несмотря на несостоявшийся союз Армандо и покойной Ады Каллахан.
– Не знал, что ты умеешь восставать из мертвых, Конселло, – подмигнул Дуглас, и подойдя ближе, мы обменялись рукопожатиями в знак приветствия. Алекс следующий, но он решил ничего не говорить.
– Твой дядя был вполне серьезен, когда говорил, что тебя убили суки Гамбино, – озадаченно нахмурился пожилой, немного прихрамывая.
Дуглас недолюбливал Гамбино с момента, когда тот подставил Каллаханов на одной из сделок. Дугласу Каллахану было почти под семьдесят, но отдавать трон он не торопился. Оставаться живым в таком возрасте и не быть убитым, считалось большой удачей. Каллахан старший устроился на стуле, стоявшем в нескольких шагах от обрыва, и предложил мне. Мы с Алексом сели одновременно.
Дуглас не ходил вокруг до около: