Мы просидели в кафе больше часа, когда Даниэль решил вмешаться со словами «находится здесь так много, опасно». Моро поддержал его. Поэтому пришлось прощаться. Мартина поднялась со стула, и взяла свою маленькую сумочку.
– Очень надеюсь на следующую встречу.
Стоящие рядом мужчины мрачнеют. Кажется, это не было в их планах.
– Это опасно для твоей жизни, дорогая, – мягко вмешивается Моро. – Теперь и нашего ребёнка.
Несмотря на хмурый и жестокий вид, он был нежен с моей сестрой. Это было видно по одному лишь взгляду, полному любви.
– Ну смотри, – приподнимает она руки, улыбаясь широко, – Всё прошло хорошо. Я жива и здорова.
Стоящий рядом Даниэль, подходит ближе, загораживая меня, когда Моро делает шаг в нашу сторону. Возможно, это был рефлекс, но Дэн защищал меня от Моро. Словно Романо мог причинить боль родному человеку Тины.
Мартина надевает панаму, скрывающею пол лица, когда выходим из заведения. На улице витает легкий морской ветерок и ярко светит солнце. Чёрная иномарка ждет у дороги, куда и направляется Моро с Тиной. Около машины сестра поворачивается в мою сторону, и я не могу не обнять её напоследок. Я словно маленький ребёнок, не желающий отпускать маму в гости. Мне не хотелось прощаться.
– Знай, у тебя всегда есть я, веточка, – шепчет сестра и приобнимает за плечи, – И до самой смерти, ты будешь оставаться для меня той вредной девочкой, не дающей собирать себе волосы.
Ну почему я не могу заплакать? Ведь так хочется.
– А ты всегда будешь бесящей сестрой, слишком туго затягивающей резинки.
Тина испускает смех, со слезами, вырвавшимися наружу. Наконец отхожу на несколько шагов, обратно к Даниэлю. Тина смотрит в его сторону, и впервые улыбается ему.
– Береги ее.
Такие тихие и одновременно громкие слова, что сердце больно сжимается. Даниэль стоит невозмутимо, но я вижу, как его взгляд смягчается, и он коротко кивает.
Машину перед Тиной открывает Моро. Сестра вновь оборачивается и махает мне рукой.
Потом все происходит слишком быстро.
Резкий визг шин, крик, и глухие выстрелы, заставляющие вздрогнуть внутренности от страха. Разносится звон разбивающегося стекла кафе и вопли посетителей.
– Ложись! – разъярённо кричит Даниэль, проталкивая меня за свою спину.
Он вытаскивает пистолет, целясь в ублюдков, проехавшихся мимо. Они успели улизнуть, расстреляв все вокруг.
Моро и Тина сидели около машины. Сестра закрыла уши от шума, а моё тело приросло к земле, когда она подняла взгляд. Её глаза остекленели, а рука медленно и дрожа скользнула к красному пятну на груди.
Земля забрал меня с собой, когда увидела пулевое ранение. Мартина покачнулась, и упала в объятия мужа.
– Нет, – в неверии качаю головой, словно веря, что сейчас проснусь, и все окажется страшным сном. – Нет-нет-нет, – ноги несут меня сами.
Колени пронзает жгучая боль, когда падаю на них рядом с сестрой. Прижимаю руки к ее плечам.
– Дыши, пожалуйста, дыши.
– Вызовите врача! Тристан, срочно! – голос Даниэля пронзает все вокруг.
Люди начали расходиться, а я не чувствовала ничего, кроме страха.
– Любимая, прошу тебя, не закрывай глаза, слышишь? Не закрывай глаза, – Моро цепляется за Тину мёртвой хваткой, пытаясь привести в сознание, но сестра не двигается, прерывно дыша и крепко держась за рану.
– Отвези…отвези меня домой, Мо, – голос обрывается кашлем, и алая кровь со рта сестры начинает течь по подбородку, – Я…я хочу…, – её веки тяжелеют, давая понять, что Тина уходит.
– Нет, – шепчу в растерянности, сжимая её холодные руки, чувствуя их липкость от крови.
Она везде. Багровая, покрывающая красивое жёлтое платье. Оно так подходило ее яркой улыбке, от которой сейчас не осталось ничего.
– Не уходи, пожалуйста. Ты нужна мне, Тина.
– Всё хорошо, милая, – Тина пытается сжать мою руку, но у неё слабо получается, – Я ещё…ещё увижу твоих вредных…де…детей.
А потом она поворачивается к Моро.
– Я хочу домой, – едва слышно шепчет сестра.
Её рука начинает слабеть в моей хватке. Откидываюсь назад, качая головой так отчаянно, будто могла изменить исход ситуации.
– К своему малышу. У нас будет…будет малыш, Моро, – слабая улыбка дрожит на ее губах.
Моро улыбается жене, держась изо всех сил. Его лицо покрылось красными пятнами, как и глаза. Он смотрит на жену с горящей надёжной, крепко прижимаясь своим лбом к ее лицу.
– Да, любимая, у нас будет малыш. Помнишь, мы ведь так долго этого хотели?
Тина заглядывает в глаза мужу, и слабая, с трудом заметная улыбка тянется на её бледных кровавых губах, а после все теряет смысл, ведь моя сестра теряет сознание. Её тело без какой-либо вескости теряет все движения в объятиях Моро.
И я теряюсь. Слезы душат, и впервые…впервые за много лет, они текут по щекам не переставая. В груди появляется дыра, и она поглощает все вокруг, как и вселенная меня. Все замирает на долгое мгновения. Я теряюсь, срываясь на крик. Самый отчаянный и заглушающий. Что-то внутри с треском разбивается. Слышу, как осколками падает на землю сердце.
Последнее, что я чувствую: теплые прикосновения мужских рук и тихие надломленные слова:
– Я рядом.
Бездна. Темнота. И всепоглощающая боль.