— Ну как нет? — нехотя встаю с кровати и тащусь в гардеробную. — А в красном не искал?
— Красный — это твой! С чего бы моим вещам быть в твоем чемодане? — огрызается муж.
— Не бесись, а, — не обращая внимания на его взвинченность, отвечаю я. — Сейчас найдем.
— Зачем вообще прятать портплед в чемодан? — ворчит Олег, сдергивая с вешалки рубашку. — Как будто места у нас мало…
— В прошлый раз я убрала его на полку, и ты тоже не смог найти! — ерничаю я.
— Потому что ты заставила его обувными коробками! — не унимается он.
Вот с Олегом вечно так: если заведется, фиг его успокоишь. Так и будет ходить и брюзжать, действуя на нервы.
— На, держи уже свой чехол для костюма, — бросаю найденную вещь, рассчитывая, что муж ее поймает, но он либо не хочет, либо не успевает среагировать, поэтому портплед, ударившись о шкафную полку, приземляется на пол.
— А швырять зачем? — Олег переводит на меня мрачный взор.
— Я не швыряла, — настает мой черед недовольно кривиться. — Думала, поймаешь.
— Какого черта я должен ловить?! — голос мужа становится выше. — Я вообще-то на самолет опаздываю, Карина! А ты даже помочь мне не можешь!
— Не ори на меня! — взвизгиваю я, вслед за ним выходя из себя. — Не моя вина, что ты так поздно за сборы взялся!
— Ну, конечно, ты у нас никогда ни в чем не виновата…
Муж продолжает сыпать упреками, но я не даю ему возможности лить негатив мне в уши — пулей вылетаю из гардеробной, напрочь отключая слух. Олег — тот еще кровосос. Не успокоится, пока не сделает настроение окружающих таким же дерьмовым, как у него самого. Но сегодня я не намерена кормить его своей энергией. Она мне еще пригодится.
Подхожу к тумбочке и, беря телефон в руки, чувствую, как от волнения учащается пульс.
Вот так просто, лаконично и чертовски возбуждающе. Все-таки Богдан, как никто другой, умеет вгонять меня в краску. Аж жарко сделалось, и ладони немного вспотели.
Отправляю послание и тут же потрясенно качаю головой, дивясь собственной развязности. Нет, ну надо же до чего докатилась! Веду самую настоящую эротическую переписку!
Успокаивает только то, что в своем смс я не соврала — на мне действительно только плотный махровый халат, ведь совсем недавно я вышла из душа… Но информировать об этом мужчину — все-таки верх дерзости!
С сомнением перекладываю мобильник из руки в руку, а затем набираю текст:
Когда сообщение улетает получателю, я сажусь на кровать и нервно закусываю ноготь на большем пальце. Господи, надеюсь это не прозвучало как призыв? Как-то не хочется выглядеть в глазах Богдана помешанной нимфоманкой…
Вот блин, все же он воспринял это как призыв!
Пока я, ерзая на покрывале, раздумываю, как бы восстановить свою слегка дискредитированную репутацию, от Богдана приходит еще одно сообщение:
Губы растягиваются в довольной улыбке, а сердце в груди принимается отплясывать задорную чечетку. Честно? Я сама себя не узнаю. Сижу и, как идиотка, радуюсь тому, что парень пригласил меня к себе в гости. Детский сад, ей-богу!
Пока я пытаюсь придать своему лицу немного серьезности, дабы Олег не заподозрил меня в сумасшествии (мы с ним вроде как ссорились, а я тут счастливой звездой сияю), Богдан присылает мне адрес и даже прикрепляет к тексту геометку. Похоже, он всерьез настроен на нашу встречу.
Издаю короткий смешок, а в следующую секунду чуть не давлюсь им — из гардеробной показывается Олег, катя за собой чемодан.
— Какой повод для веселья? — хмуро бросает он, проходя мимо.
— Да… Эдик опять со своими приколами, — на ходу выдумываю я.
К агенту муж меня совершенно не ревнует. Так же, как и я к его к секретарше Юленьке. Поэтому темы, связанные с Эдиком, всегда безопасны.
— Он еще не надумал каминг-аут сделать? — саркастично хмыкает Олег, для которого ориентация моего приятеля тоже не является секретом.
— Нет. И вряд ли надумает, — отзываюсь я, следуя за мужем в коридор. — Из-за таких, как ты, гомосексуалистам непросто заявить о себе в обществе.
— Я не гомофоб, — говорит он, просовывая ноги в легкие летние мокасины. — Просто я против публичного проявления однополой любви. Поэтому твой Эдик молодец, что шифруется. Понимает, что карьера гораздо дороже…
— Дороже чего? Счастья? — перебиваю я, неожиданно для себя разозлившись.
