Нет, я рада за него, конечно, рада… Ведь именно ради этого я, собственно, и уехала в Штаты — чтобы дать ему шанс на счастье. И он, судя по всему, этим шансом умело воспользовался. Что сказать? Молодец. Все правильно сделал.
Но тогда что за глупые чувства скулят у меня в груди? Наверное, это просто ностальгия по давно минувшим дням, по прошлому, по себе прежней… Влюбленной, счастливой, окрыленной.
Надо же, а ведь тогда, много лет назад я не понимала, не ценила своего счастья! Меня любил такой мужчина! Человек с большой буквы любил! Сильный, добрый, искренний, с гигантским сердцем и чистой душой. А я взяла и плюнула в эту душу. Нагадила, растоптала его любовь и свалила.
Нет мне прощенья. Не заслуживаю.
Надо уйти отсюда, причем как можно скорее. Еще есть шанс, что Богдан меня так и не заметит. Тут ведь полно народу. Просто по-тихому прошмыгну к выходу вдоль стеночки и уеду. Незачем ковырять едва зажившие раны. Не его, не мои.
Медленно опускаю пустой бокал из-под шампанского на стол и, шепнув Эдику, что отлучусь в дамскую комнату, начинаю пробираться к дверям. Огибаю круглые столы в центре зала и, опустив голову, двигаюсь в нужном направлении. По сторонам лучше не смотреть, не дай бог еще напорешься на какого-нибудь вновь прибывшего знакомого — придется здороваться. А задержки и промедления мне сейчас вообще ни к чему.
До спасительного выхода остается каких-то несколько десятков метров когда мне в спину с пугающей близости прилетает негромкий оклик:
— Карина?
Этот хриплый, слегка прокуренный голос мне ни с чем не спутать. Ведь он приободрял меня в минуты тоски, раздавался над ухом в моменты умопомрачительных оргазмов и рвал сердце на части словами «я не могу тебя потерять».
Застываю на месте и усилием воли сглатываю передавившее горло волнение. Выбора у меня больше нет. Придется пройти это испытание. И желательно — с достоинством.
— Здравствуй, Богдан, — нацепив улыбку, оборачиваюсь я.
Каждый шаг на пути нашего сближения — это адова пытка, сдирающая с меня кожу вместе с мясом и обнажающая чувства, потаенные на самом дне моей многострадальной души.
Первый шаг — и я проваливаюсь в бесконечную, мучительно-родную синеву глаз Богдана. Утопаю в ней как человек, не умеющий плавать и вдруг резко оказавшийся в открытом море без спасательного жилета. Мне страшно, нечем дышать, а адреналин в крови просто зашкаливает.
Второй шаг — и фокус внимания смещается к немного надменному лицу его спутницы. И вот очередной откат: мне четырнадцать, и я безответно влюблена в самого красивого старшеклассника школы, а его девушка посмеивается надо мной вместе с подружками. Стыдно, неловко и хочется сделаться невидимкой.
Третий шаг — и я уже рядом с ними. На расстоянии, которое можно считать комфортным для непринужденной светской беседы, но отнюдь не для меня. Мне совершенно некомфортно. Так некомфортно, как, наверное, никогда не было.
— Какая встреча! — в моем голосе звучит до противного наигранная радость, но сохранять естественность в текущих условиях не представляется возможным. — Честно говоря, не ожидала тебя здесь увидеть.
— Взаимно, — раздается краткий и довольно сухой ответ. — Не думал, что ты в Москве.
Богдан, в отличие от меня, преувеличенными восторгами не фонтанирует. Смотрит открыто, но без улыбки. Сдержан, несколько холоден и слегка насторожен. Будто занял выжидательную позицию. Нет, в любезностях он рассыпаться явно не планирует. Надо бы тоже притормозить.
— Ассоль, познакомься, это Карина Гольдман, — парень на удивление легко владеет ситуацией. Не тушуется и не тараторит. Даже вон, о манерах не позабыл. — Карина, это Ассоль Верещагина.
Вот черт! Если лицо девушки показалось мне знакомым лишь на неуловимо короткий миг, то имя без промедления расставило все на свои места. Дело в том, что я его уже слышала. И не один раз. А все потому, что Ассоль Верещагина — главный редактор популярного нынче глянцевого издания про моду и стиль, который я периодически почитываю.
Природный шик и немного роскоши — в жизни она, несомненно, соответствует образу фешн-эксперта. Да и просто красивой ее можно назвать без всяких натяжек. Неприятно признавать, но у Богдана хороший вкус на женщин. Действительно хороший.
— Рада знакомству, — Ассоль адресует мне вежливую улыбку. — Ваши романы — это нечто. Просто глоток свежего воздуха в духоте надоевших литературных штампов.
— Благодарю, я тронута, — слегка закашлявшись, отвечаю я. — Ваша работа тоже вызывает во мне живой отклик. Очень люблю «Элго Фешн», в последние месяцы ни одного номера не пропустила.
— Это радует, потому что вы олицетворяете собой портрет нашей целевой аудитории, — заявляет она. — Взрослая состоявшаяся женщина, которая точно знает, чего хочет. Наш журнал как раз для таких, как вы.
