Нити судьбы полностью

— Да делай ты что хочешь! — послала я своему кукловоду раздражённую мысль, а вслух сказала. — Ладно, Кай. Мы пошли. Увидимся через неделю, — и, не ожидая ответа, пошла к выходу.

«Вот зачем Каю эти разборки? — я искренне этого не понимала. — Других дел, что ли, нет? Хотя… может, Кай хочет, таким образом, что-то получить от Загира? Вроде: „Ты подверг опасности мою марионетку и теперь должен за это отвечать“. Деньги, например, или какую-нибудь услугу попросит? Всё может быть. В любом случае, это уже пусть эти двое сами между собой решают. В конце концов, Загир сам за себя постоять может».

Успокоенная таким выводом, я больше не думала об этом.

Последующие два дня мы ехали в поезде. Я, Лави с Блэком, и Вэл в одном купе, а парни в соседнем. Мы с Вэл друг друга не поубивали и теперь очень даже неплохо общались. А Лави… Каждую ночь её мучили кошмары. Я не знаю, что Кай рассказал Вэл о девушке, но никаких вопросов она не задавала. И не злилась на то, что иногда Лави своими криками нас будила и мешала спать. А вот днём от терпимости Вэл не оставалось и следа. Как и говорил Кай, она оказалась особой вспыльчивой, да ещё и колкой на язык. Но мне она очень понравилась. Я, как будто, нашла родственную душу.

«Наверное, я, всё-таки, чересчур быстро привязываюсь к кому-либо, — размышляла я тогда. — К Дорею я, вот тоже, быстро привязалась. И что? Чем это закончилось? Так, думаю, не надо мне думать об этом. А то опять в хандру впаду».

Данте, в отличие от Вэл, был спокойным. Он больше молчал, чем разговаривал. А иногда казалось, что ему, вообще, ни до чего нет дела.

А через два дня, мы прибыли в Зельтир. Поселились мы в небольшой гостинице, недалеко от вокзала.

— Вы тут располагайтесь, — сказала я остальным, как только нам выдали ключи от номеров. — А я пойду, прогуляюсь. Я ненадолго.

— Я с тобой, — тоном, не терпящим возражений, заявил Дэм.

— Не стоит, — покачала я головой. — Здесь недалеко — пять минут быстрым шагом.

— Я, всё равно, с тобой, — Доберман остался непреклонен. — Кай сказал никуда тебя одну не отпускать. Если с тобой что-нибудь произойдёт за эти пять минут — Кай мне голову оторвёт.

— Ладно, убедил. Только не удивляйся месту, куда мы сейчас пойдём. Мы идём на кладбище.

— Зачем тебе на кладбище? — с изумлением уставилась на меня Вэл.

— На кладбище Зельтира похоронена моя мать. Хочу навестить её могилу, — объяснила я.

— Ой, извини за бестактный вопрос.

— Да ничего. Моя мать давно умерла.

Я не сказала настоящую причину того, почему иду на могилу матери. Нет, я, на самом деле хотела навестить её, но… Мне надо было посмотреть на годы её жизни, чтобы окончательно увериться в словах Лекса. Возможно, прозвучит наивно, но я не хотела верить словам Мейснера до тех пор, пока не увижу это собственными глазами. Потому что одно дело знать, что у тебя фальшивая память и совсем другое — увидеть железобетонные доказательства этому.

— А ты помнишь, где находиться кладбище, Милена? Ведь пять лет прошло, — спросил Дэм.

— Да, помню.

Несмотря на то, что я не была здесь пять лет, я хорошо помнила, где находится могила моей мамы и нашла её быстро. Но, когда нашла… рядом с могилой стоял незнакомый мне мужчина. Одет он был в длинный чёрный плащ с капюшоном, и невозможно было разглядеть лицо.

— Ты чего остановилась? — спросил Дэм, идущий в нескольких шагах позади меня. — Не можешь вспомнить, где могила?

— Нет, я её уже нашла. Но, я не знаю, кто рядом с ней. Это, точно, не отец.

— Так, подойди и спроси его, — ответил парень. — В конце концов, это могила твоей матери, а не его.

— Да, ты прав. Извините! — подошла я к незнакомцу. — Кто вы и что вам нужно у могилы моей мамы?

— Мамы? Так вы её дочь, — незнакомец повернулся ко мне и я, наконец, смогла разглядеть молодого мужчину, лет двадцати шести. — А я старый знакомый вашей матери. Моё имя Саварис Кавэлли. Меня давно не было в Дуалоне. После возвращения я хотел навестить вашу мать и тут узнал о её смерти. Мне очень жаль, — произнёс мужчина.

— Старый знакомый? — недоверчиво посмотрела я на него. — А вам не кажется, что вы слишком молоды для её знакомого? Вам, на вид, не больше двадцати с небольшим лет. А моя мама умерла пять лет назад, когда вам, наверняка, даже двадцати не было.

— Пять лет назад? Вы о чём? Ребека Деланье умерла семь лет назад. Дата её смерти указана на могиле, — сказал Саварис, смотря на меня более внимательно.