Нити судьбы полностью

«Одно плохо. Чем больше я провожу времени с Каем, тем больше становлюсь зависимой от него. Мало того, что он мой кукловод, так теперь мы ещё и встречаемся. А ведь он даже не спрашивал моего согласия на это. Ну, я, конечно, не отказалась бы, но… должно же быть хоть какое-то уважение к моему мнению! И о чём я говорю? Какое „моё мнение“, когда Кай у нас — закон и порядок? Но, чёрт возьми, как, несмотря на это, я влюбляюсь в него всё больше и больше? Похоже, я реально мазохистка какая-то…».

— Похоже, что твой парень мне не доверяет, — усмехнувшись, сказал Лекс, когда мы с Каем вышли в коридор.

— А почему я должен тебе доверять? — поинтересовался Кай. — Я ведь даже не знаю, зачем ты в «Шисуне».

— Верно, не знаешь. Но, зато, ты знаешь, что я, наверняка, не причиню вреда Милене. Так, зачем ты тогда идёшь с нами? А может, ты просто ревнуешь?

«Попал пальцем в небо!» — подумала я, а вслух сказала:

— Так, мальчики, не ссорьтесь. Вы меня идёте учить стрелять или выяснять — кто кому не доверяет больше?

Эти двое смерили друг друга недовольными взглядами, но больше ничего не сказали. Но, атмосфера напряжённости никуда не делась. Я себя чувствовала, как между двух огней. Особенно, это ощущение усилилось, когда я шла между двумя мужчинами по улице. Девушки бросали на меня завистливые взгляда, а мне казалось, что я иду под конвоем! И, в моём понимании, завидовать здесь было абсолютно нечему.

В самом тире нам, тут же, предложили инструктора, но парни вежливо отказались. Наверное, ещё и приплатили за это. Ведь, по идее, без инструктора стрелять в тире запрещено.

Не буду подробно описывать эти несколько часов. Скажу только то, что Кай и Лекс так выбесили меня за это время… Вели себя, как дети! Лекс, при каждом удобном случае, то за талию меня приобнимал, то за плечи держал… И главное, всё это под благовидным предлогом — когда показывал, как пистолет правильно держать; когда прицеливаться учил… Всё это, разумеется, злило Кая. А злость и раздражением моего кукловода передавалась, заодно, и мне. И энтузиазма в учёбе это не прибавляло. А Лекс просто развлекался, дразня Кая и выводя его из себя. Наконец, после нескольких недвусмысленных, вроде как случайных, прикосновений Мейснера к моей филейной части, Кай не выдержал и начал меня учить сам. Лучше от этого не становилось, так как эти двое объясняли совершенно по разному одни и те же вещи, и мне было сложно переключиться с одного способа обучения на другой. Лекс это замечал, говорил об этом Макфею и тот невольно соглашался на то, чтобы меня вновь учил киллер. А затем… всё повторялось по новой!

«Называется — круговорот Милены Бэлоу в природе!» — мрачно подумала я, когда меня уже четвёртый раз передавали от одного горе-учителя к другому.

— Так, всё! Хватит с меня! — не выдержав, заявила я, когда Кай намеревался в очередной раз забрать меня у Лекса.

— Уже устала? — поинтересовался Лекс.

— Ага, устала. От вас обоих, — ответила я. — В общем, будет у меня к вам просьба. Я не хочу больше видеть вас двоих вместе! Если хотите меня учить — пусть это делает кто-то один! Ясно?!

— А чего так категорично-то?

— Вы, по отдельности, нравитесь мне куда больше, чем вместе. По отдельности вас хоть терпеть можно. А так… вы, вообще, невыносимы!

— Я сразу сказал, что учитель из меня плохой, — пожал плечами Мейснер.

— А я с самого начала сказал, что мне это не нравится, — сказал Кай.

— Ну, вы ещё виноватую из меня сделайте! — моему возмущению не было предела. — Короче, Кай, отпусти меня к Загиру, а? Пожалуйста!

— Что это с тобой, котёнок? — с изумлением взглянул на меня мой парень. — Ты сама просишься к Альвару…

— С Лексом ты меня в тир не отпускаешь, а с вами двумя учиться — невозможно! Остаётся только Загир, и я не хочу ждать, пока он сделает что-то, что тебе пообещал. Мне он нужен в самое ближайшее время.

— Я подумаю над этим, — ответил Кай. — Но, ничего не обещаю.

— Да ты пока будешь думать, время уже пройдёт! — обиженно произнесла я.

— Ну, извини, котёнок. Я большего тебе обещать не могу. У Загира, действительно, дел по горло, чтобы ещё и тебя стрелять учить.

— Простите, что вмешиваюсь, — заговорил Лекс. — Но… почему «котёнок»?

— Кай, не отвечай ему! — попросила я. — А ты, Лекс, не вздумай запоминать это дурацкое прозвище!

— Почему же? — нагло ухмыльнулся Мейснер. — А если мне нравится?

— Забудь, — тут же отреагировал на его фразу Кай. — Так имею право называть её только я!

— М-да? Ну, раз нельзя котёнком, то, может… мышонок? — предложил киллер.