– Пожилой, белый, лет шестидесяти, с седыми волосами. Он очень громко храпел. – Джуэл вытерла глаза. – Я была в ужасе. Проклятье, я не знала, что произошло. Я выпила кока-колу… и вдруг такое? Но потом огляделась по сторонам и посмотрела на простыни… и… поняла, что… – Она не смогла закончить предложение.
– Что у него был с тобой секс, пока ты находилась без сознания? – подсказала Пайн.
Джуэл кивнула, и ее глаза вновь наполнились слезами.
– Стараясь его не разбудить, я тихонько выскользнула из постели, подбежала к двери, распахнула ее… и…
– Там кто-то был?
Джуэл кивнула.
– Та же женщина. Она держала в руках мою одежду, выглаженную и на плечиках. Женщина помогла мне одеться и стала успокаивать. А потом отвезла домой.
– Выходит, они подсыпали что-то в твою кока-колу, и мужчина занялся с тобой сексом?
– Мне было так страшно…
– А вернувшись домой, ты сообщила о том, что с тобой случилось, в полицию?
– Я собиралась, но… – Джуэл опустила голову.
– Но что?
– Мне позвонили. Мужчина. Я даже не знала, что у них есть мой номер.
– И что он хотел?
– Пригрозил, что, если я кому-нибудь расскажу, у меня будут большие неприятности.
– Джуэл, тебя изнасиловали. Тебе дали наркотики, а потом изнасиловали, – сказала Этли.
– Я знаю, но…
– Но что? – резко спросила она.
Джуэл выглядела совсем несчастной. Она опустила руку под кровать и вытащила наволочку, а потом высыпала ее содержимое на постель. В ней оказались банкноты, много банкнот.
– Где ты это взяла? – спросила Блюм.
– Я вам не все рассказала. От леди, помогавшей мне в ту ночь, я получила две тысячи долларов. Она сказала, что деньги помогут мне пережить то, что произошло.
Пайн посмотрела на банкноты.
– Джуэл, тут намного больше двух тысяч, – сказала она.
– Так и есть. Потому что…
– Ты вернулась?
– Они сказали, что станут платить каждый раз. – Джуэл заговорила очень быстро. – Будут за мной заезжать и отвозить обратно домой, до того как вернется с работы мама. Однажды мы даже летели в Нью-Йорк на вертолете и приземлились на крыше здания. Это было невероятно.
– А Джером?
– Он не знал. Сначала. Но потом увидел, как я возвращаюсь домой ночью. Я попыталась его обмануть, но он от других слышал, что у меня появились деньги. Я стала кое-что покупать: кольцо, серьги, настоящую сумочку «Прада», новый айфон и кое-какую классную одежду. Но не показывала свои обновки маме. В общем, Джерому стало все известно и он набросился на меня с упреками.
– И ты рассказала ему правду? – спросила Пайн.
– Не всю. Он ужасно расстроился. Сказал, чтобы я перестала туда ездить. И я перестала. Правда.
– После первого раза они уже не давали тебе наркотики?
– Нет, не давали.
– И каждый раз с тобой был один и тот же мужчина?
– Нет, – тихо ответила Джуэл. – Всегда разные. Но мне они казались одинаковыми. Старые белые мужчины. А…
– Что?
– Однажды пришла женщина, тоже старая, может лет сорока.
– Ты узнала ее или мужчин?
– Нет.
– Они разговаривали с тобой? – вмешалась Блюм. – Называли какие-то имена, говорили о себе?
Джуэл опустила глаза и покачала головой.
– Меня привозили не для разговоров. Я была им нужна только по одной причине.
– Ты несовершеннолетняя. Это изнасилование несовершеннолетней, – отрезала Пайн.
– Они могли не знать. Посмотрите на меня, неужели вы скажете, что мне четырнадцать?
– Не имеет значения, – возразила Этли. – Таков закон.
– Вы действительно думаете, что Джером сделал это из-за меня? – прошептала Джуэл.
– Да, у меня нет сомнений.
– Значит, я – причина его смерти…
– Нет, не так. Но ты можешь помочь нам найти тех, кто виноват.
– Я рассказала все, что знала, – заверила ее Джуэл.
– Нет, еще не все, – Пайн покачала головой. – Когда ты перестала бывать в том месте?
– Они позвонили за день до того, как Джерома убили.
– Могу я взглянуть на твой телефон?
– Зачем?
– Хочу узнать номер, с которого тебе звонили.
– Я его проверяла. Номер заблокирован.
– И что они сказали, когда позвонили?
– Что больше не станут за мной приезжать.
– Объяснили причину?
– Нет.
– Ты можешь сказать нам адрес того здания в Нью-Йорке?
– Я не помню.
Этли придвинулась к ней.
– Сколько раз ты туда ездила?
Джуэл пожала плечами.
– Может быть, дюжину или больше.
– И не помнишь адрес? – удивилась Пайн.
– Я не обращала внимания, обычно я спала в машине.
– Ты можешь хотя бы описать район? Как выглядело то здание? И на какой улице оно находилось?
– Я уже говорила, там все было очень дорогое. Даже роскошное. – Джуэл замолчала.
– Но улица называлась номером? Как, например, Седьмая авеню?
– Нет, номер был больше.
– Пятьдесят седьмая? – подсказала Этли.
– Да, правильно. – Джуэл кивнула.
– Рядом с Центральным парком?
– Верно. Я однажды его видела, когда меня везли обратно в Трентон.
Пайн бросила взгляд на Блюм и снова вытащила телефон.
– Это то самое здание? – Она показала телефон.
Джуэл посмотрела на экран.
– Да. То самое, – уверенно подтвердила она.
Этли снова перевела взгляд на Блюм.
