Позиция Шахта привлекла к нему внимание заговорщиков, и хотя он сам не был участником заговора, его кандидатура рассматривалась на руководящие посты в области экономики и банковского дела в составе будущего правительства Германии. Как известно, покушение на Гитлера провалилось и попытка переворота потерпела полную неудачу. Начавшееся следствие показало, насколько беззаботными были заговорщики – были обнаружены наброски со списками членов кабинета – в них фигурировала фамилия Шахта. Уже 23 июля 1944 года он был арестован по обвинению в том, что имел контакты с заговорщиками. После четырех месяцев пребывания в тюрьме гестапо в Берлине Шахт был отправлен в концлагерь Равенсбрюк, откуда переведен во Флоссенбург, а 8 апреля 1945 года – в Дахау. В конце апреля Шахт вместе с другими высокопоставленными узниками был переправлен в Нидердорф (Южный Тироль), где 30 апреля они были освобождены солдатами 5-й американской армии. Практически сразу же Шахт, оказавшийся в австрийском Пустертале, был – к своему огромному возмущению – арестован. Сначала его поместили в комфортабельном лагере № 32 в Бад-Мондорфе, а 12 августа самолетом отправили в Нюрнберг.
Как наполовину немец, наполовину американец, представитель золотой молодежи оказался на скамье подсудимых самого известного процесса в мировой истории? Но он был также рейхслейтером и гаулейтером нацистской партии, обергруппенфюрером СА, руководителем Гитлерюгенда, человеком, который воспитывал немецкую молодежь в верности Гитлеру и готовил ее к закланию на полях войны. Бальдур фон Ширах был самым молодым подсудимым на Нюрнбергском процессе – к моменту начала процесса ему было всего лишь 38 лет. Рейхслейтером же он стал в 26…
Бальдур Бенедикт фон Ширах (Schirach) родился 9 марта 1907 года в Берлине. Он был младшим из четверых детей из состоятельной респектабельной дворянской семьи, происходящей из Верхнего Лаузица (т. е. они являлись лужицкими сербами, славянами, а не немцами, и их фамилия на лужицком писалась Šěrach[127]) и известной с конца XV века. Дед Бальдура Карл Фридрих фон Ширах переехал в США, где служил офицером в армии и женился на Элизабет Норрис, происходившей из богатой и влиятельной американской семьи. Его отец – Карл фон Ширах (1873–1948) – был ротмистром гвардейского полка прусской армии; после выхода в отставку он в 1909–1918 годах был интендантом Национального театра в Веймаре, а в 1935–1943 годах генерал-интендантом Нассауского земельного театра в Висбадене; кстати, в 1926 году он вступил в НСДАП (билет № 48 505). Мать Бальдура Эмма Мидлтон (1872–1944) также была американкой, сама обладала значительным состоянием и была прямым потомком одного из отцов-основателей США Артура Мидлтона. Один из братьев Бальдура, Альфред Норрис, остался в Америке и стал преуспевающих банкиром на Уолл-стрит.
Дома родители разговаривали исключительно на английском, и Бальдур стал изучать немецкий только в пятилетнем возрасте. Будущий руководитель молодежи Третьего рейха рос в атмосфере театра, музыки и литературы, писал стихи, неплохо играл на скрипке (и даже мечтал о карьере музыканта). Дом Ширахов на Гартенштрассе был одним из центров артистической жизни Веймара. В 1917 году его отправили в элитный закрытый пансион в Бад-Берка (Тюрингия). Семья Ширахов была в целом космополитической, родители совсем не были немецкими националистами, но такова уж была ситуация в Германии 1918 года, когда для всех немцев слово «Германия» значило очень много. Конец войны и отречение кайзера Вильгельма II принесли трагедию и в благополучную, казалось бы, семью фон Ширахов. Старший брат Бальдура Карл (1900–1919), который для младшего всегда был образцом для подражания, всю войну ждал, когда ему исполнится 18 лет, чтобы записаться в армию и стать офицером. Но в ноябре 1918 года мир рухнул. «Я не хочу пережить Германию», – написал Карл в своей предсмертной записке и застрелился. Самоубийство любимого брата потрясло Бальдура – с этого момента он ненавидел Веймарскую республику, которая убила его Карла. Родители выписали оставшегося сына домой, а отец тем временем в знак протеста против новых властей вышел в отставку с поста директора театра – значительное состояние позволяло не думать о средствах к существованию.
