В складе было темно и тихо. Я хотел было включить свет, но потом решил что незачем — до двери мы и с фонариком дотопаем. И дотопали. Когда серый свет из коридора прорезал темноту, Росита облегченно вздохнула.
Вообще я в своем уме ее сюда тащить? И что из того, что она может спускаться? Воевать с ней пойду? Нет, не пойду. Я ее даже за пределы светового пятна брать не хочу. Сейчас она здесь оглядится и пойдет обратно. А я тоже съезжу в Сидону, но уже низом.
В офисах и во дворе складского двора Росита заметно успокоилась, хоть все же старалась не отходить от меня ни на шаг, а когда собралась до ветру "по-маленькому", заставила дежурить возле двери туалета. Но все же здесь было более или менее нормально, если не считать странного сумеречного цвета.
В общем, особо ей здесь было делать нечего. Главное — мы убедились в том, что она может спуститься через тот подвал. Теперь еще неплохо узнать, может ли она через него подняться?
Под самый конец нашей "экскурсии", когда я уже собрался отправлять ее наверх, мне на глаза попались ключи от белых пикапов. что стояли на улице, и я решил устроить ей уже настоящий показ нижнего уровня. Просто на будущее, чтобы уже никогда сюда больше не рвалась. Посадил рядом с собой в машину и рванул по дороге от склада.
Первое — удивился как же далеко край света отодвинул от места прохода. Келлоп, уехавший на машине и вернувшийся пешком по пустыне, до этой самой границы не доехал и половины пути. Его пикап, так и стоявший посреди пыльного шоссе, мы увидели по дороге.
А до границы тьмы оказалось порядка двух миль, если верить автомобильному одометру. Мы лишь немного не доехали до заправки на перекрестке, той самой, в магазинчике которой я покупал закуски и воду у тетки в камуфляжной майке. То есть да, если это место будет принадлежать этим, то они просто смогут здесь жить. Весело так жить, компанией. И еще интересно — кого они смогут протащить сюда еще через этот подвал? Знают они еще и про такую его особенность? Подозреваю что знают, это я ни черта не знаю, а до всего дохожу вот так, методом проб, ошибок и допросов пленных, а они знают куда больше.
— Сейчас вокруг станет намного хуже, — предупредил я Роситу, когда подъехал почти что к той точке, к которой возил тогда в кузове Элизабет Хименес, для повышения разговорчивости.
И да, почти сразу сумерки вокруг сгустились, перешли от легкой серости к какой-то отвратительно сепиевой черно-белой картинке, в которой цвета почти не угадывались, разве что намеком. Песок пустыни был обычным песком, но кусты на нем заросли лохмами какого-то серого мха, а сами магазинчики вокруг заправки, равно как и сама заправка, были затянуты мерзостного вида скользкими и слизистыми даже с виду то ли лианами, то ли наоборот вылезшими из земли корнями. Железо ржавое, стоящий у антикварной лавки пикап тоже ржавый и осевший на один бок. А я его сверху помню, это хозяина, наверное, там он белый и если не новый, то вполне даже целый. Кстати, у него колеса не спущены, а почему-то с правой стороны погрузились в песок. По краям стены уже знакомая черная травка пробивается, тоже та еще гадость. И в травке вон вроде побежало что-то… или показалось.
— Что за дрянь? — Роситу аж передернуло.
— Изнанка мира, — дал я просто таки исчерпывающий ответ. — Давай выйдем на минутку, никуда не отходи от меня.
Идея покинуть кабину Роситу точно не порадовала, но она все же вышла. Я молчал, он тоже молчала, затем все же произнесла:
— Воздух странный.
— Неподвижный.
А еще смесь вроде и холода, и какой-то спертой духоты. Низкое тяжелое небо, затянутое сплошной тучей, свет, идущий непонятно откуда, практически не дающий теней. И уши словно заложены, звук уходит в какую-то вату.
— Смотри туда, на холм, — показал я рукой в сторону от таких же заросших мерзостью остатков трейлерного парка. — Видишь? Держи, — я вытащил из подсумка небольшой бинокль "бушнелл" и протянул ей.
Я заметил движение, а затем уже в прицел, выкрутив увеличение, разглядел тварь — такую же самую смесь жабы, собаки, ящерицы и демона, как та, что я увидел впервые у склада в Колоне, в Панаме. Та, что попыталась не меня охотиться.
Росита посмотрела, потом сунула мне бинокль и полезла в кабину, ругаясь на испанском, причем многословно и явно испуганно. То, что и нужно.
— Обратно?
Она не возражала.
Росита уехала в Сидону, увозя в багажнике одну из поднятых снизу винтовок и боекомплект к ней. Винтовка самозарядная, так что все легально, а объяснять происхождение своего оружия резидент Аризоны никому не обязан. Ну и мне так немножко спокойней, да и ей, похоже. Она все же прониклась серьезностью происходящего и было легкомыслие выходит из нее как влага из сохнущего на аризонском зное белья. То есть очень быстро и до конца, насухо.
А я опять спустился вниз, хотя, честно говоря, такие частые переходы явно на пользу не идут — на этот раз я ощутил одышку и какую-то накатывающую тошноту, организм начисто отказывался переваривать еще одну порцию нижнего уровня в течение такого короткого времени. А эти говорят, что им здесь хорошо, получается?
