— Жрачку людоеда? — скривился я — Кто знает, когда на ящик накинули пленку. Вон пятна какие-то бурые и желтые. Ты вот можешь сказать, что за хрень капала на тот качественный пищевой брикет? Цвет капель желто-серый. И что это? Сопли тролля? Моча тролля? Диарея тролля? Мозговая жидкость жертвы рухнувшей с пробитой головой? Все вместе взятое? А может ящик стоял у кровати и у жирного малыша случилась бурная поллюция из-за навеянных туманом эротических сновидений? А мне это жрать?
— Хреново ты рекламируешь товар — бригадника перекривило почище моего. Да и его помощники не скрывали эмоций.
— Я это есть не буду. И вам не советую. Бесплатно не отдам, продам… по половинной стоимости.
— Четверть!
— Треть.
— Договорились. Уверен, что не пожалеешь?
— Я просмотрел. Большей частью жрачка. Есть качественная, некоторых брикетов раньше не видел. Из таблеток — ничего особенного. Так что забирайте.
— Момент… — крепыш повернулся к черноволосому дистрофику и скомандовал:
— В бой, доблестный боец! Пересчитай-ка живо.
— А чего сразу я? — возопил несчастный — Я даже перчаток не взял! А на брикеты тролль капал. Всяким…
— Держи — дистрофику вручили перчатки, и он со вздохом поперся к ящику.
Как быстро у нас появляется и пропадает брезгливость. Уверен, что будь он червем и кинь я ему перед мордой брикет — он бы живо сожрал предложенную еду. И даже не задумался бы о происхождении странных пятен. Но вот он орк-чистюля — и даже касаться не хочет оскверненной пищи без перчаток.
Считал он быстро. Показал три пальца начальнику. Тот повернулся ко мне и озвучил:
— Триста солов.
— Пойдет. И не забудьте почистить капсулу.
— Сделаем. Только не уходи десяток минут.
Аптечку и разную оставленную мелочевку я перебросил в соседнюю капсулу и закрыл, кое-что уложил в рюкзак. Постоял рядом с первой капсулой, смотря, как прибывшие два парня споро вымывают ее тряпками и огромными губками. Десять минут ждать не пришлось — капсула засияла через пять. Прощаясь с бригадником, тихо добавил:
— Есть кое-что поценнее. Горячий блок. Серые таблетки. Если интересно — я в Плуксе.
— Понял. Деньги сможешь снять прямо там. Восемьсот солов. Проценты с нас, как и положено.
Быстро он сориентировался со своими «как и положено». Не упомяни я о более интересном и дорогом товаре…
На том и расстались.
Вскоре я сидел на соседнем с дрыхнущими бойцами выступе, положив руку на тяжелый рюкзак и ожидая второй части выгодных переговоров. Прямо передо мной, у противоположной стены коридора, задумчиво стояли несколько парней, прикидывая, как и куда именно закрепят тесак тролля Тролса. Я с ленивым любопытством прислушивался. Основной темой разговора была здравая идея о том, что тут часто бывают пьяные — да ладно! — и посему надо этот тесак закрепить намертво. С другой стороны — оружие у входа не забирают и тесак надо скорее от кражи обезопасить — а то эти гоблины точно сопрут.
Увидев короткий вежливый кивок сидящей у банкомата невероятно красивой и ухоженной черведевы с белыми волосами и васильковыми глазами, забрал причитающиеся солы.
Баланс: 1424.
Вернувшись к заряженному компоту, бросил в него таблетку купленной по пути «шизы». Солы на балансе — важная вещь. Но здоровье и сила — куда важнее. Я старательно пичкал организм восстанавливающей химией и питательными веществами. И в благодарность тело с каждым днем становилось все послушней и сильнее.
Тело…
Поверх бокала глянул на начавшую засыпать черведеву.
Ухоженная, накрашенная, красиво и сексуально одетая — шортики, розовая маечка, розовые ленточки в волосах. Выглядит сонной и спокойной. Улыбчива. Светлые волосы и полуприкрытые яркие синие глаза.
А до нее у «кассы» Веселого Плукса сидел другой ампутант — безрукий одноногий парень. Со светлыми волосами и синими-синими глазами. Он тоже был удивительно ухожен, весел, спокоен, улыбчив. В прошлый раз я отмахнулся от этого как от незначительного. Но у парня были чуток подведены глаза — причем мастерски, чтобы косметика была почти незаметна.
Интересное я сделал наблюдение. Значительное? Малозначительно? Незначительное?
Почему меня зацепило это наблюдение?
Из-за его значимости?
Нет… правильней будет сказать — из-за его тревожности.
Есть что-то тревожное и нехорошее в том, чтобы сажать за кассу красивых, ярких и беспомощных кукол со светлыми волосами и синими глазами. Нехорошее не из-за отсутствия конечностей — никто из нас гоблинов не застрахован от опасности стать зомби, а затем и червем. И здесь к этому давно привыкли, никто не бросит лишнего взгляда. Червь и червь…
Просто банкомат Веселого Плукса на самом виду. К нему обязательно подойдут или пройдут мимо — каждый раз проходя мимо улыбчивых синеглазых кукол, выставленных на всеобщее обозрение. Выставленных их… хозяином? Слишком уж это все походит на чью-то любовно собираемую обожаемую коллекцию…
Но я тороплюсь с выводами. Двое с васильковыми глазами и светлыми волосами — это может быть простым совпадением.
— Добрый день. Можно? — в женском голосе звучит легкая усталая хрипотца.
