— Да, ее собственное уже очень старое и, прости за подробности, уже тысячу лет назад, начало разлагаться. Ей необходимо новое, молодое вместилище «черной души». Ты подходишь, как нельзя лучше. У тебя не только молодое тело, столь необходимое Хакисе, но и «Низвергающий в бездну», который для Повелительницы тьмы из угрозы может превратиться в средство получения силы и власти. Тебе, самое главное, попасть в «Круг вечности». После того, как браслет активируется, Хакиса уже не сможет занять твое тело, так как ты станешь, если не сильнее ее, то ровней — это точно. А вот до Д’Архара следует быть начеку. Хакиса использует все возможности, чтобы воплотить свою идею в жизнь.
Анет застыла с открытым ртом. Слишком большой объем полученной информации не укладывался у девушки в голове. А маг снял у себя с шеи удивительно красивый кулон из лунного камня на тонкой серебряной цепочке и протянул его девушке со словами:
— В минуту серьезной опасности зови, приду. Но только тогда, когда дело касается жизни и смерти. Не жди, что я появлюсь по первой же твоей прихоти, — нахмурил брови уже грозный змей, а не маг. — Я, как никак, дракон, и мне чужд мир людей.
Дракон серебристой сверкающей молнией взмыл в ночное небо, а Анет с открытым ртом и кулоном в руке осталась неподвижно стоять на темной пустынной улице, не в силах поверить, что эта мистическая встреча ей не приснилась
Дерри злорадно скалился представляя, чего стоит Анет эта пробежка, не учитывая, что сам он находиться не в человеческом теле, а в зверином и, следовательно, передвигается не быстрее, чем ему кажется. Ксари и в голову не приходило, что Анет попросту может за ним не успеть и отстать где-нибудь по дороге. Барс бежал, не оглядываясь до самой двери лавки, в которой, как говорил Калларион, его брат торгует зельями. Остановившись у порога Дерри сел, распушив хвост, и стал дожидаться Анет, с интересом наблюдая, как порхает у фонаря над входом жирная ночная бабочка. Находясь в кошачьем теле, Лайтнинг еще плохо контролировал некоторые животные инстинкты. Например, инстинкт охотника. Он мог наблюдать за жучками, паучками и другими насекомыми и мелкими зверюшками практически бесконечно, точнее, до тех пор, пока добычу не удавалось поймать или пока объект наблюдения не исчезал из поля зрения. Вот и сейчас летающая «ночница» полностью завладела кошачьим вниманием. Хвост барса нервно подергивался, а сам он весь напрягся, готовясь к прыжку. Ничего не подозревающая жирная ночная моль на миг опустилась чуть ниже и тут же была схвачена и сожрана. Дерри облизнулся длинным шершавым языком и украдкой оглянулся по сторонам, проверяя, не наблюдала ли Анет за его мимолетным проявлением слабости, но девушки нигде не было. Кошачья сущность ксари возликовала, намечая следующие жертвы охоты, летающие поодаль. А человек в теле кота не на шутку обеспокоился. — Где же она? — подумал Дерри, понимая, что совершил непростительную ошибку. Пойдя на поводу у своих глупых обид, он поставил под угрозу жизнь и здоровье Анет, а так же судьбу Арм-дамаша. — Черт, — выругался он «про себя» и повернулся на сто восемьдесят градусов. — Надеюсь, Анет просто отстала, и с ней ничего страшного не произошло. — Дерри, лучше, чем кто-либо, понимал ту опасность, которую может представлять город, подобный Влекрианту, ночью. Какой, я все же, дурак! — ругал себя Лайтнинг, преодолевая квартал за кварталом. — Чего я так сильно разозлился на Анет? — недоумевал он. — Обижаюсь на всякую глупость, словно ребенок. Что на меня нашло? Она же попросила прощения и уже не раз, а я все что-то из себя строил. Устроил ей гонки с препятствиями. Мне самому в человеческом обличие за барсом не угнаться. А что взять с Анет? Особенно если учесть, что весь день она провела в пути. Лишь бы с ней ничего не случилось!
Дерри пробегал квартал за кварталом и уже практически потерял надежду найти девушку, когда увидел ее сидящей на крыльце какого-то старого дома. Он подбежал и положил пушистую голову ей на колени. Анет подняла глаза, но, увидев перед собой мохнатую морду, отвернулась в сторону. Несмотря на удивительную встречу с лунным драконом, которой могло бы и не быть, не веди себя Дерри «по-свински», Анет все равно на него злилась за то, что он издевался над ней весь день и бросил одну ночью на темной и страшной улице в незнакомом городе. Правда, сейчас морда барса выражала бесконечную тоску и раскаяние, но девушка не была готова купиться на это и решила даже не поворачивать головы в сторону мерзкого предателя.
— Прости меня, — услышала она и, даже, подпрыгнула от неожиданности. Вместо кота на мостовой сидел обнаженный Дерри. Его голова лежала на коленях у Анет. — Прости меня, — повторил он. — Не знаю, что на меня нашло.
Взгляд у Лайтнинга был такой умоляюще грустный и такой искренний, что Анет не сдержалась и улыбнулась.
