Глаза мои раскрылись окончательно и я, наконец, смогла рассмотреть окружающую действительность. Чтобы обнаружить вместо Зерга огромного белоснежного ирбиса, полыхающего голубыми молниями. Полумёртвую Эдассих. Едва живых драконов королевы – золотого и чёрного. По-прежнему не подающих признаков жизни зверей Снежки, и замерших вторым кругом радужных ящеров райны.
В том месте, где сгинула подруга с демоном, зияла дыра в пространстве. «Да чтоб ты сдох еще раз!» – сорвалось с губ в пустоту. Я, конечно, читала когда-то давным-давно про чёрные дыры в космосе, но даже в безумных снах не могла представить, что однажды увижу это явление вживую.
Темнота Из-Гранья сгущалась в точке взрыва и застывала по окружности кусками, похожими на битум. При этом края сферы слабо отсвечивали желтовато-красным светом, а сама дыра напомнила жадно распахнутую пасть чудовища. И оно… дышало.
Я вздрогнула всем телом, ощутив острый страх моей кошки, возникший на пустом месте и едва не сбивший меня с ритма. Но тело уже пришло в себя и на полном автомате выплетало узорные линии. Выцветшие ленты силы с трудом но долетали до Эдассих и ее драконов. А Зерг в моей помощи не нуждался. А может, уже получил то, что требовал.
Какую магию творил ирбис, я не понимала. Движения ирбиса напоминали странный танец монахов Шаолиня. И это выбивало из колеи до такой степени, что в какой-то момент я не выдержала и заулыбалась, вспомнив мультик про панду кунг-фу.
Кошка нервно мяукнула, привлекая моё внимание, и позволила ей глянуть моими глазами. Место смерти действительно оказалось живым и затягивало окружающее пространство медленно, но верно. Даже засасывало, с каждой минутой ускоряя силу тяги.
Меня передернуло от ужаса, а руки сами по себе метнули выцветшие ослабевшие ленты в сторону черной дыры. Моя попытка оградить нас с помощью остатков собственной силы не увенчалась успехом. Все равно, что загородить полицейскими полосатыми бумажками поле, на котором беснуется бык. И надеяться, что он их не порвёт.
«Тала, не надо!» – голос Зерга, раздавшийся в голове, заставил меня нервно вздрогнуть, и отвести взгляд от пропасти. И я не стала повторять попытку, сосредоточившись на том, чтобы остаточной силы моих радужных лент хватило драконам Эдассих.
Мои ленты, едва долетев до точки не возврата, исчезли, словно их и не было, поглощенные ожившей тьмой. Кошка бесновалась и требовала либо покинуть опасное место, либо выпустить её на помощь коту. Но спинным мозгом я чувствовала – этого делать не стоит. Из чёрных дыр нет возврата. Это я тоже помнила из школьного курса астрономии. Или астрологии.
«Господи! Какая чушь лезет в голову на пороге смерти!» – истерично хмыкнула я, ощутив, как лёд кусает кончик языка от последнего слова. – Танцы вдвоём, странные танцы! – отвлекая себя от глупых мыслей, запела я. – Ах, простите! Танцы втроём, странные танцы, – перефразировала я строку, обнаружив живую и даже в меру упитанную после драки королеву. – Ночь переждём, и будем прощаться!» – переделав на свой лад строчки, продолжила я, наблюдая, как Эдассих из последних сил удерживает остатки Круга.
Мне не было её жалко. Натворила дел по-дурости, а мы теперь расхлёбываем. И все-таки где-то в глубине души я её сочувствовала. Кто его знает, как бы я себя повела, оказавшись с её шкуре? Каких бы дел наворотила.
Эдассих скривилась и дёрнулась вперед, теряя равновесие. Я невольно метнулась к неё и ощутила как неведомая сила сдернула меня с места и потянула медленно, но верно, в сторону чёрной дыры.
«Рагар тебя подери, Тала! Не отвлекайся!» – разъярённый мужской голос ворвался холодным ветром в мой затуманенный упадком сил разум.
«Сам не отвлекайся, – рявкнула я в ответ, ища глазами психованного кота. – Меня куда-то тянет, – пожаловалась я мысленно. – Сил не хватает, ленты рвутся!»
Непонимание происходящего разрывало мысли на части. Я не понимала, почему мы не уходим. Что делает Зерг, танцуя в ипостаси зверя. Почему райна не сворачивает Круг или хотя бы не пытается спасти оставшихся в живых драконов. И почему я танцую, несмотря на дикое желание остановиться, оборвав все нити. Все равно в них уже практически не осталось радуги, и зверей они не воскресят. Разве что продлят нашу агонию. Но тело жило своей жизнью, а голова отстранённо размышляла о посторонних и совершенно ненужных вещах.
Тем временем Зерг, окутанный голубыми молниями, продолжал свои движения. Перетекая из одной фигуры в другую. Прищурившись, я сосредоточилась на его танце и вдруг поняла, что он делает. Ирбис… штопал пространство вокруг разрастающейся дыры, не давая краям бездны расползаться. Сила притяжения увеличивалась и теперь даже я, танцующая далеко за пределами почти рухнувшего Круга, ощутила на себе силу зова.
