Егор несколько минут повалялся в постели, пытаясь понять причину, по которой душу грела радость. Как ни странно, это приятное ощущение было связано у него с именем «Ника».
Вот глупость!
Она ему вчера нахамила, назвала гробокопателем, уличила в невежестве, выставила за дверь…
А он расплывается, как пластилин на солнце, при одном воспоминании о ее имени!
― Знаешь, мне кажется, я вчера зря так на нее ополчился, ― сообщил Егор Тюбику на утренней прогулке. ― В конце концов, она профессионал. И если она так подозрительно себя так повела, значит, у нее есть причины для беспокойства! Разве нам с тобой известны проблемы археологов?
― Вот-вот, ― обрадовался Тюбик. ― Я тоже так думаю!
― Может, попытаться возобновить знакомство? ― робко предположил Егор.
― Я бы на твоем месте рискнул, ― одобрил Тюбик. ― Мне эта барышня понравилась.
Егор удивился.
Ревность не была визитной карточкой его пса, но Амину Тюбик мгновенно воспринял в штыки. Он не позволял себе никаких провокационных или демонстративных действий, но в ее компании всегда как-то странно съеживался и пригибал голову, точно боялся, что его ударят.
Удивительно, но это ощущение возможного удара в спину никогда не покидало и Егора. Так что можно сказать, что их мнение об Амине совпадало целиком и полностью.
Приятно было то, что у них совпадали не только негативные, но и позитивные оценки.
― Сегодня идти в институт глупо, ― объяснил Егор. ― Воскресенье. Поеду завтра. Попытаюсь навести мосты.
― Что скажешь? ― поинтересовался Тюбик.
― Правду! ― ответил Егор очень решительно. И добавил упавшим голосом: ― Если, конечно, она соблаговолит меня выслушать.
― А ты постарайся, ― посоветовал Тюбик. ― Пусти в ход свое мужское обаяние!
Егор промолчал. Его мужское обаяние ударилось в зеленые бронзовые щиты ее глаз и рассыпалось, как песочный куличик. Ничего у него не получилось.
― Нет, с ней нужно как-то по-другому, ― сказал он наконец.
― Как? ― удивился Тюбик.
― Если б я знал, ― ответил Егор.
На этом обсуждение темы завершили. Остаток дня провели на лоне природе, выехав из раскаленного города вверх по течению Москвы-реки. Там и просидели до самой ночи.
Утро понедельника помимо хорошего настроения принесло с собой приятное волнение. Егор оделся и побрился с особой тщательностью.
― Как тебе? ― спросил он, поворачиваясь к Тюбику.
― Высокий класс! ― одобрил тот. ― Ты неотразим. Главное, держись попроще. Не намекай на социальный статус, понял? Уверен, что у этой барышни аллергия на словосочетание «новый русский».
― Понял, ― послушно ответил Егор.
― Ни пуха, ― пожелал ему Тюбик.
― К черту.
Егор приехал в институт рано, в начале десятого. Еще перед входом он заметил группу из нескольких молодых людей студенческого возраста. Егор предположил, что это и есть те самые двоечники, явившиеся на пересдачу, с которыми его перепутал охранник.
― Вы к Нике Аркадьевне? ― спросил он у одного из них.
― К ней, ― охотно ответил юноша.
― На экзамен?
― Ага.
― И во сколько она обещала…
Тут Егор замолчал, потому что увидел ее сам.
Ника шла по дорожке, ведущей к выходу. Легкая широкая юбка развевалась в такт движению, делая ее фигуру похожей на скульптуру другой, знаменитой Ники, названной богиней победы.
― Вы?! ― сказала она, едва увидев Егора. Ее губы брезгливо скривились.
Начало было мало обнадеживающим, но Егор не смутился.
― Ника Аркадьевна, прошу вас, уделите мне полчаса вашего времени, ― сказал он очень твердо.
Эту фразу он заучил наизусть еще со вчерашнего вечера.
― Мы с вами, кажется, уже попрощались? ― сказала она сухо.
― Так давайте поздороваемся, ― ответил Егор фразой Анатолия Ефремовича, героя «Служебного романа». И умоляюще добавил: ― Поверьте, это очень важный разговор. И никакой я не гробокопатель.
Последняя фраза вырвалась у него случайно. Он был по-настоящему обижен на Нику за этот некрасивый ярлык. И даже сам не подозревал насколько.
Минуту она рассматривала его через черные непроницаемые стекла очков.
― У меня сейчас задолжники, ― ответила Ника, наконец. ― Если хотите, ждите.
― Я подожду, ― ответил он поспешно.
― Ждать придется долго! ― предупредила Ника.
― Ничего, я пока газету почитаю.
― Как угодно, ― завершила она разговор и окликнула: ― Друзья мои! Прошу за мной!
Цепочка студентов потянулась за ней вверх по ступенькам. Ему казалось, что это должность людей солидных, умудренных жизненным опытом и отягощенных хотя бы одной диссертацией.
Впрочем, возможно Ника Аркадьевна была вундеркиндом и сумела защитить кандидатскую на последнем курсе. От нее можно ожидать всего.
«Только не удара в спину», ― неожиданно шепнул тихий внутренний голосок.
Егор удивился. Не настолько хорошо он знал Нику Аркадьевну, чтобы делать какие-то выводы. Но интуиция упрямо твердила ему, что поворачиваться спиной к новой знакомой можно безбоязненно. Если он и станет нападать, то только лицом к лицу. Как хороший фехтовальщик.
«Ничего, поживем ― проверим», ― философски обобщил Егор и приготовился к ожиданию.
Ждать пришлось, действительно, долго.
Егор успел съесть две порции мороженного, посидеть в кафе, расположенном напротив входа в институт, изучить все свежие газеты.
