Гостиница была двухэтажной, и номер, который занимали диверсанты, находился на втором этаже. Спускаться на первый этаж было нельзя: там находился дежурный администратор. А возможно, и еще кто-нибудь — например, какие-нибудь загулявшие постояльцы. Или даже сотрудники КГБ. Все они были нежелательными свидетелями позднего и потому странного ухода четырех иностранных туристов из гостиницы. У них у всех обязательно возникли бы вопросы: куда это намерены идти четверо туристов, почему именно ночью и почему с рюкзаками за плечами? И внятного ответа на все эти вопросы быть просто не могло. А если к тому же в холле гостиницы будут дежурить агенты КГБ, то они и вовсе могут задержать четырех туристов, чтобы задать им все те же вопросы относительно их ухода. И не так-то просто будет избавиться от сотрудников КГБ, ведь у них наверняка имеется при себе оружие. А у диверсантов оружия не было. Да, даже если бы диверсанты и отбились бы от агентов КГБ, толку от этого не было бы никакого, а был бы сплошной вред. Потому что за ними тотчас же устремились бы в погоню, объявили бы их в розыск, подняли бы на ноги всю местную милицию, а может, и не только милицию, но еще и военных, — и что тогда? А тогда операция оказалась бы под угрозой срыва.
Нет, спускаться на первый этаж было нельзя. Оставалось одно — покинуть гостиницу через окно. То есть выпрыгнуть со второго этажа. Ничего особо сложного тут для диверсантов не было: они были людьми подготовленными, тренированными, им доводилось прыгать и со второго, и даже с третьего этажа: и на тренировках, и в реальных ситуациях, а это были такие ситуации, когда диверсанты прыгали из окон, а по ним велся огонь на поражение. И ничего, все они до сих пор оставались живыми и целыми.
— Давай, — Ботаник глянул на Химика.
Химик отворил окно и выглянул наружу. Окно выходило на внутренний гостиничный двор. Двор был освещен электрическими фонарями, но сам он был пуст. Дул довольно-таки сильный ветер, и это было как нельзя кстати. Когда дует ветер, то звук прыжков со второго этажа не так слышен.
Химик взобрался на подоконник и прыгнул. Оказавшись внизу, Химик осмотрелся и сделал знак руками всем остальным: прыгайте и вы, здесь никого нет, никто вас не увидит. Прыгнули, друг за другом, и остальные.
— Ходу! — скомандовал Ботаник.
К центральному входу в гостиницу они не пошли, один за другим перемахнули через ограду и оказались на улице. Здесь осмотрелись, но улица была пуста, лишь где-то вдалеке мелькнули фигуры двух человек, которые не обратили на прыгунов никакого внимания.
— Пошли! — дал команду Ботаник.
Они знали, куда им идти, маршрут своего движения они разработали заранее — еще до того, как пересечь границу. Ну а со всеми прочими нюансами они разобрались во время вчерашней, так кстати подвернувшейся прогулки по городу. Почти сразу же за городом начиналась тайга, а дальше, к северу, в девяноста километрах располагался городок Нижняя Тура.
Туда сквозь поросшие деревьями и кустарником горы и холмы вела асфальтированная дорога. Впрочем, дорога эта была для диверсантов опасной — мало ли кто мог их на ней заметить. Но и совсем не принимать дорогу в расчет было делом неразумным. Места здесь были довольно-таки дикими, и в них запросто можно было бы сбиться с пути, напороться на какое-нибудь неожиданное препятствие — да мало ли еще что? Неведомые места тем и опасны, что таят в себе множество сюрпризов — зачастую неприятных. А дорога могла служить прекрасным ориентиром. Если придерживаться дороги, то сбиться с пути было немыслимым делом.
Поэтому диверсанты решили так: на дорогу не выходить, а двигаться вдоль нее, ни на минуту не упуская ее из виду. Это самый надежный способ добраться до Нижней Туры в самое короткое время. Никто на это ничего не возразил, за исключением Химика.
— Может, оно так, — скептически сказал Химик. — Дорога — это и впрямь ориентир. Да вот только интересно знать, сколько населенных пунктов находится у этой дороги? Всякие ранчо, фермы…
— Здесь нет ни ранчо, ни ферм, — сказал Историк. — Здесь есть села, хутора и эти, как их… заимки.
— Какая разница! — поморщился Химик. — В любом случае в них живут какие-то люди. А каждый человек для нас нежелательный свидетель. И вот представьте, напоремся мы на какую-нибудь ферму… виноват, на какое-нибудь село. И что дальше? Как мы объясним свое неожиданное появление? А ведь объяснять придется. Народ здесь, как нам говорили, любознательный и бдительный. А это означает, что недоверчивый. Ну так какую мы споем им песню, чтобы они нам поверили?
— Если нам по пути попадется какой-нибудь населенный пункт, то мы его просто обойдем стороной, — сказал Ботаник. — Так что особой проблемы я не вижу.
— Ну-ну… — сказал Химик. — Проблема — она дама капризная. Она возникает неожиданно — тогда, когда ей самой этого хочется. И преследует тебя столько, сколько ей пожелается. От нее не отобьешься и просто так не спрячешься. А отсюда вывод: в нашей прогулке я усматриваю множество неприятностей — как ожидаемых, так и неожиданных.
