Мужчина вздрагивает, распахивая глаза, красные, как у того паука. Он оживает от моих слов, и я бы хотела объяснить, как такое возможно, но нет, тело будто тянет дальше. Встаю и подхожу к женщине. Панцирь, в который я закована, сам ведет меня.
С черноволосой женщиной происходит то же самое. Символы переплетаются и выстраиваются в правильном порядке быстрее, или мне просто легче читать их, хотя я даже не знаю этого языка. Все книги, которые я прочла в Сколастике, были на языке оа – общем для людей всего мира Магиваррии, насколько мне известно.
– Гектида, – произношу я имя, пробуя его на вкус.
Женщина моментально подскакивает на ноги, будто сама ужаленная скорпионом. На ней совсем мало одежды – полоски кожаной ткани еле прикрывают грудь и бедра, ноги обвиты черными кожаными лентами. Глаза этой женщины совсем как мои – черные, как беспроглядная ночь, но намного более свирепые. Она пятится, увидев меня, пока не касается плеча Аракха. Они берутся за руки, будто брат и сестра.
Я иду к третьему человеку – если конечно, можно назвать их людьми в этом странном мире.
Третье имя я читаю, едва увидев его:
– Борос.
Когда все трое стоят передо мной, я вдруг вздыхаю. В моей груди будто закончился воздух, а тело налилось тяжестью.
– Наша госпожа, – произносит Аракх, – мы будем служить тебе вечность, когда бы ты ни призвала нас.
У меня заканчиваются силы. Панцирь крошится, отваливаясь от моего тела целыми кусками, которые моментально подхватывает ветер. Мгновение, и он поднимает и меня, возвращая в реальность. Я открываю глаза и смотрю в черное грозовое небо.
– Отец! Пора уже прекратить это! – слышу голос принцессы. – Девушка показала свое мужество. Довольно этой пытки. Больше не могу смотреть, как она корчится здесь. И уберите эту мерзкую тварь.
Тело не подчиняется мне. Оно бьется в судорогах на зеленой траве. С моей руки соскальзывает многоножка, падая в клевер. Переворачиваюсь набок, глядя на нее, такую маленькую, такую побежденную. Боль возвращается сокрушительной волной.
«Они не видели, они ничего не знают», – проносится в мыслях. А мое тело все же отравлено, яд ломает все мышцы, заставляя извиваться по траве не хуже того змея. А все кругом просто смотрят.
– Я прошу! – снова выкрикивает принцесса. – Отец! – и чуть тише: – Милорд!
– Довольно, – слышу я голос короля Марека. – Дева доказала свою невиновность. Можете… убрать ее.
В поле зрения появляются черные сапоги охранников, но в следующее мгновение перед моим носом останавливаются туфли – те самые, со сказочными драконами. Принцесса опускается рядом со мной на колени.
– Я беру эту девушку под свое покровительство.
– Еще немного, и она умрет, моя принцесса, – насмешливо выдыхает король Тамур. – Не стоит тратить на нее свое время.
– Леди Мелинда, противоядие?
Слышу лишь тяжелый вздох.
– Я знаю, как ей помочь, – раздается тихий голос Призрака.
– Дождись своей очереди, мерзавец, – шикает на него охранник. – Или помочишься здесь в травку, как сделал в часовне, и ей полегчает?
– Ах, это тот хулиган, – закашлявшись, говорит король Марек.
– С этим случаем все просто, отец, – подает голос принц Марциан. – Богохульство и неуважение к королевской семье. Этот чужак явился сюда по неясным причинам и осквернил нашу землю, все наше королевство своим низким поступком.
– Так, может, стоит выпытать, зачем он явился?
Призрак делает несколько шагов вперед, охранники следуют за ним, мечи наготове. Но помогут ли они против Призрака?
Мужчина проходит мимо нас, приближаясь к принцессе. Навстречу нам устремляются охрана принцессы и Марциан, но Призрак все же успевает проговорить:
– Рог единорога, Ваше Высочество. Он есть в каждом уважающем себя королевском семействе. Это облегчит ее боль.
– Что ты нашептываешь моей дочери? – возмущается королева Патриция, вставая с трона. – Муж мой, давайте казним наглеца! – восклицает она и снова плюхается на трон. – Раз уж не удалось казнить эту… видию.
Оглушительный раскат грома вторит словам королевы. Будто небо требует своей жертвы. Первые горячие капли дождя приземляются на мою раскаленную кожу. Я не могу ни встать, ни даже пошевелиться. Вспоминаю, какой сильной казалась себе там, в пустыне. И какая слабая я сейчас.
…яви себя…
– Моя принцесса, бросьте уже эту девчонку и идите сюда, иначе совсем промокнете, – говорит король Тамур. Слуга передает ему серебряную трость, которая неожиданно распахивается в зонт. Что за волшебство? Возможно, король Тамур просто желает покрасоваться перед принцессой, но отчего-то каждое движение этого человека мне кажется настолько выверенным, что от этого осознания мурашки по коже.
Зонт расшит серебряным нитями, сверкая над светлой головой чужеземного короля. Будто он знал о грозе и был готов к ней. Будто все кругом – пророки, кроме меня.
– Мне совершенно не нравится этот наглый тип, – говорит король Тамур, сощурившись, пытаясь оценить Призрака. – А видия… если она выживет, обещаю, я сам стану ее покровителем.
