– Когда ты такая сердитая, мне очень страшно, – ухмыляется он. Потом подходит к подоконнику, на который кинул свои вещи, и достает из складок плаща белый тканый рулончик марли. – Давай сюда руку. Тебе нельзя ходить по дворцу с кольцом. В вашем королевстве с этим будет небезопасно. К тому же это идеально подойдет к твоему образу. – На мой удивленный взгляд он касается моей щеки, и я понимаю, что там, скорее всего, остался синяк.
Призрак усаживает меня на кровать и аккуратно перебинтовывает руку. Я завороженно смотрю, с какой ловкостью он делает это в своих когтистых перчатках, и вспоминаю его руки, покрытые пунцовыми шрамами.
– Скажешь, что случайно поранилась. Это будет намного лучше отрубленной головы.
Хочу спросить его про шрамы и почему он почти не снимает перчаток, но решаю, что пока мне достаточно того, что я знаю. Из головы никак не выходит образ из моего видения.
– Так-то лучше, – говорит Призрак, отпуская мою руку.
Мне даже чуточку жаль, что он закончил с перевязкой. А еще больше я жалею о том, что не чувствовала прикосновения его кожи. Что за глупые мысли? Встряхиваю головой и, ворча себе под нос, забираюсь под одеяло.
Призрак почти бесшумно устраивается на полу, ложась на спину и заводя руки за голову.
– Значит, ты остаешься, – скорее утверждаю, чем спрашиваю я.
Отчасти я даже рада этому, но в то же время меня пугает его близость. И будущее, которое неизвестным полотном раскинулось перед нами, позволяя лишь некоторым заглянуть в него и ужаснуться.
Следующие два дня Призрак живет в моей спальне. По ночам исчезает и возвращается под утро совершенно измотанный, рассказывая мне дворцовые сплетни. Знаю, что он опять ходил по дворцу невидимкой, и, похоже, это отнимает у него силы, хотя он ни за что не признается. Думаю, что всему виной та рана, которая еще до конца не затянулась, а может, так влияет на него сама природа силоцвета. Я ведь знаю о камнях ничтожно мало, что обязательно нужно исправить.
Принцесса будто позабыла обо мне среди суеты предстоящей свадьбы, не зовет меня на прогулки или на вечерние посиделки. Но мне самой нужно встретиться с ней и попросить о поездке в бабушкин особняк. Мне больно думать о том, что придется возвращаться туда, но другого выбора нет.
Только утром меня поймал в парке Бено и намекнул, что я должна побыстрее решить его проблему. Иначе ему придется сказать королю о пропавших видиях. Я знаю, как сильно доверяет ему король Марек, поэтому не могу просто отправить Бено ко всем демонам. Даже если он пойдет туда, то обязательно вернется. Уверена, он достанет меня из самой преисподней. Но в то же время мне жаль советника. Я видела, что с ним делала сила, и самое страшное – что он не нашел свой силоцвет.
Я постаралась как можно туманнее расспросить об этом Призрака. Что, если силомант не нашел вдруг камень? Призрак лишь прыснул со смеху и сказал, что так не бывает. Сила, открывшаяся внутри человека, обязательно сама притянет нужный драгоценный камень.
Я думаю о том, как это случилось со мной – и впрямь, камни будто сами попадались мне под ноги или бросались в руки. «Но вдруг такое все же случилось? – пытаю я Призрака. – Что тогда?» Он пожимает массивными плечами и говорит: «Понятия не имею. Наверное, силомант лопнет от переполняющей его силы. Пух!» Мне страшно даже представить себе такое.
А еще я расспрашиваю Призрака о его миссии. Почему он должен защищать принцессу? И как так случилось, что мой отец спас его? У меня слишком много вопросов, но из этого негодяя ничего не вытянешь, когда он того не хочет. Однако он все же милосердно рассказывает мне про свой Орден.
– Лучше тебе не знать его названия, – сообщает мне Призрак, наполняя свой кубок. – Скажу лишь, что меня отправили найти Проблеск.
– Да, да! Ты это уже говорил! Но что значат твои слова?
Вечереет, небо покрывается розовым румянцем с легкой дымкой синевы. Я сижу на подоконнике, поджав ноги, и смотрю на темнеющие кроны деревьев в парке и зажигающиеся тут и там фонари.
– Проблеск – это надежда для всех нас. Надежда спастись.
– От кого спастись? От стратумов?
Призрак мрачно кивает.
– Ты даже не представляешь, Ирис, что они могут сделать с человеком. А если этот человек силомант, тот, чья воля ослабла, он станет игрушкой в руках стратума. Поверь мне на слово. – Серые глаза Призрака темнеют под стать небу, которое скоро обратится в ночь. – Проблеск даст нам силу бороться с ними. Силу находить их и уничтожать. И этот Проблеск – ваша принцесса.
– Витриция? – Я думаю о нервозности и растерянности, которые часто вижу в ее круглых зеленых глазах. – Но что она может…
– Я пока не знаю наверняка, – задумчиво отвечает Призрак. – Но мне и не нужно. К ней привел компас, который передал мне Хранитель Ордена.
Призрак демонстрирует старинную круглую штуковину со стрелками, которая чем-то похожа на часы. Вот только поверхность прибора усеяна крошечными желтыми кристаллами. Этот прибор настоящий или очередная безделушка? Иногда мне кажется, что Призрак просто пытается заморочить мне голову.
– Это силоцветы? – спрашиваю я.
