Я справедливо полагал, что у меня — лучший номер в «Великом Хане». За такое-то бабло! Оказалось — нет! У меня просто супер-люкс. А лучший номер — у самого Хадаша. Пентхаус на тридцатом этаже, пожизненно забронированный за самим ханом.
Уже на половине подъема я ощутил, как подрагивает лифт от гремящей наверху музыки. Наверно, поселить кого-то на этажах выше двадцать пятого — было самой изощренной пыткой. Чем выше — тем сильнее долбили по мозгам басы.
В самом лофте царила полутьма, разгоняемая сполохами софитов светомузыки. Вспышки выхватывали из сумрака кривляющиеся в танце тела инопланетянок. Надо заметить — весьма неплохие тела, едва прикрытые одеждой. Еще лет десять назад скагаранку, осмелившуюся надеть на себя такое платье, намного выше середины бедра — забили бы камнями. А тут таких было под сотню!
На сцене с микрофонами в руках отплясывали еще две девушки, эти — уже землянки. Своих соплеменниц я узнал сразу — Катя Базука и Лена Самбука. Одна певичка, вторая — порнозвезда. Или наоборот, одна — порнозавезда, а вторая — певичка. Не столь важно. Они исполняли свой последний совместный хит — «Знойная чикса». Тот самый редкий случай, когда название песни и было ее полным содержанием:
Вот, собственно, и вся песня. Впрочем, тут не в словах дело. Дамы с такими формами, еще и в таких нарядах: на первой — крошечные шорты и миниатюрный топик, на второй — десятисантиметровая юбка и микроскопический лифчик, что высокий слог не имел абсолютно никакого значения. Девушки могли просто ходить на сцене под музыку, и на их выступления перли бы толпой. Хотя… поклонники так и делают. Прут толпой.
Хадаша сразу облепило несколько чертовок. Даже на мне повисла одна! Зрачки девушки, совсем молодой, были двумя точками и совсем не менялись даже когда по ним ударял луч прожектора. Понятно. Дурман-трава.
Я с трудом отлепил от себя скагаранку. Хан вообще потерялся в месиве полуобнаженных тел. Среди всех развлекающихся я не видел ни одной особи мужского пола! Еще какое-то время я разгребал толкующихся, пытаясь найти своего недавнего противника, то и дело натыкаясь руками на упругие округлости, которые, в свою очередь, были не против прижаться и потереться об меня, но вскоре плюнул на это бесполезное занятие и пошел туда, где блестела батарея бутылок.
Бармен, тоже девушка, налила мне половину стакана виски и я устроился в кресле, потягивая напиток. Интересно, такое здесь каждый день, или только по субботам? Я успел опорожнить несколько порций, отбиваясь от целой очереди инопланетянок, пытавшихся соблазнить меня. Пока я геройски держался, но желание изучить разницу в анатомии становилось только сильнее.
Музыка на время стихла. Катя Базука и Лена Самбука встали по краям сцены, а на центр вышел хан. Половина его рубашки выбилась из-под ремня, верхняя пуговица, вырванная с корнем, отсутствовала, клетчатый платок потерялся, а сама одежда успела покраснеть от следов помады.
— А сейчас — душ из шампанского! — прокричал Хадаш.
Девочки восторженно завизжали. Из разбрызгивателей под высоким потолком, обычно предназначавшихся для противопожарных целей, забили струи игристого вина. Мой костюм, стоивший, как приличный автомобиль, моментально промок до нитки. Но больше меня расстроило то, что замечательный виски оказался сильно разбавлен шампанским.
Какие же запасы бабла у этого рогатого? Виноградников со Старой Земли осталось всего ничего. Причем в подавляющем большинстве это был декоративный виноград. Сортовые растения в более-менее приличном количестве, выведенные селекционерами, появились перед самой войной. И сразу сгорели в пожаре конфликта. Остатки бережно укрыли в оранжереях и напитки из винограда — вино, шампанское и коньяк, производили в весьма ограниченных количествах. И стоили они соответствующе. Позволить их мог себе не только не каждый, но и не все.
Скагаранок это совершенно не волновало. Они продолжали плясать, раскрыв рты, умудряясь пить во время танца! Я облизнул пальцы, ставшие липкими, и выплеснул содержимое стакана на пол. Похоже, надо взять целую бутылку.
Тут краснокожий вспомнил про меня. Отбивая ритм ногами, он подобрался ко мне и плюхнулся в кресло напротив.
— Давай забухаем! — прокричал Хадаш, перекрывая голосом шум музыки.
— Я уже, — ответил я, демонстрируя стакан.
— Без меня? — расстроился рогатый. — Ладно, откажешься бухать со мной — прикажу казнить. За неуважение к хану. Шутка! Сам застрелю!
Скаг щелкнул пальцами и барменша поспешила принести поднос с двумя бутылками виски и фруктовой нарезкой.
— Давай, за знакомство! — предложил тост организатор вечеринки.
И тут оно понеслось.
Лучше бы Хадаш застрелил меня в казино. Я не помню, сколько я выпил. Я вообще мало что помнил после начала совместной пьянки. Пробуждение было ужасным. Голова раскалывалась. Пить хотелось до жути. Казалось, я был способен осушить целое море. Главное, чтобы прохладненькое.
