А вот хрен там! На простом хлебушке заработали гораздо больше, чем на тортиках, пирожном и фуа-гра вместе взятых! Все потому, что без тортика человек проживет. А вот без самого простого, элементарного, бюджетного куска хлеба — нет.
Любой проживет с обычной «Электроникой» в нержавеющем корпусе вместо «Ракеты», сделанной из титана с бриллиантовыми метками на циферблате. А вот без четырех стен и крыши над головой не проживет никто! Ни земляне, ни даже черти, которые еще полвека назад совершенно отлично обходились пещерами на Сигнальной горе. А многие и продолжают там жить.
Это раньше скаги бросались на любую работу за десяток стальных ножей и сотню наконечников для стрел. А потом ножей стало больше, чем инопланетян, и они захотели огнестрел. Потом гром-палок уже стало мало, краснокожим надоело разъезжать на лошадках, они захотели автомобили. Дальше — больше. Керамические тарелки, электрические чайники, микроволновые печи.
И инопланетяне поняли, что бартер — дело крайне невыгодное. Сегодня ты получил бензопилу, а завтра она сломалась. А золото… золото в цене всегда! И черти стали требовать в оплату своих услуг исключительно благородный металл, что, собственно, и привело к появлению алтынных монет.
Земляне рады бы отказаться, но сами разучились делать черновую работу. Или не хотели? Глядя на всю эту грязь и пыль на строительной площадке я б и сам не захотел находиться там постоянно. Только в качестве руководителя. Это потом, когда дом будет достроен, получатся уютные квартирки с кафельным полом, обоями и шторами, в которых приятно жить. А до победного конца стройка — жутковатое зрелище.
Положив выключенный телефон на подоконник, я, наконец, уснул.
Не могу сказать, сколько я проспал, но точно недолго. Стояла глубокая ночь и я не мог объяснить себе, что заставило меня открыть глаза, как вдруг сообразил. Вертолеты! Ветер доносил рокот двигателей винтокрылых машин. Причем далеко не одной!
Это не мог быть Хадаш. Скаги не летают. Значит полковник подключил штурмовые бригады и всему Вашнадашу, так или иначе, наступит кирдык.
Молниеносно одевшись, вернув Грач-22М в карман, я выглянул в окно. Шум геликоптеров был уже хорошо различим. Пять точек, идущих на малой высоте без опознавательных огней, хорошо выделялись на небе цвета кофе с молоком.
По городу метались встревоженные черти. Фермеры выводили из дворов свои наспех сделанные гантраки, готовясь дать отпор. Однако они ожидали нападения с земли, а никак не с воздуха. И ждали банду наемников хана ханов, но не хорошо обученных штурмовиков, с ног до головы облаченных в броню.
Некрасиво как-то. Хотел как лучше, а получилось как всегда. Желая спасти Вашнадаш, я только ускорил его гибель.
Протрещали первые очереди. Это стреляли по стрекозам инопланетяне, у которых начали сдавать нервы. Конечно, промазали. Машины разошлись веером и теперь я опознал модели — три юрких ударных БеС-52 и два тяжелых десантно-транспортных двухвинтовых БеС-12. Больше на этот город и не нужно.
Из-за дери послышался грохот ботинок. Я быстро отскочил от окна, убрав руку в карман, чувствуя, что пришли за мной. И я не ошибся. В спальню ворвался Армуш, в расстегнутой гимнастерке, обнажавшей торс, исполосованный застарелыми шрамами от пулевых ранений. Глаза хана горели яростью.
— Ты гнилой шуш, Шангшускаг! — прорычал скаг. — Ты меня подставил! Ты специально сдался мне, чтобы вместо Хадаша пришли шанги!
В намерениях колхозника я не сомневался. Его рука легла на затвор автомата, но я сработал на опережение. Не доставая пистолет я выстрелил сквозь куртку, целясь в грудь инопланетянина. Грач традиционно клинануло, но я успел выпустить три пули, вогнав все три куска свинца в корпус Армуша.
Пальбы никто не услышал. Одновременно со мной громыхнули ракетные установки вертолетов, взорвав что-то на улице. Стекло со звоном осыпалось на пол, а комната заполнилась запахом напалма и неровным светом пламени.
Не дожидаясь, пока кто-нибудь хватится хана, я отбросил надоевший мне своими капризами пистолет и подобрал с пола Калашмат.
— Какая же ты тварь, шанг! — прохрипел земледелец, попытавшись схватить меня за ногу.
— Прости, — ответил я. — Я не хотел.
Успокоив Армуша ударом приклада между рог, я вышел в коридор. Бой уже гремел вовсю. Тяжелые орудия вертолетов долбили по земле, им отвечали немногочисленные пулеметы и автоматы. В основном сухо трещали дробовики.
На выходе двое краснокожих увлеченно посылали в ночное небо заряды картечи, не оборачиваясь и не замечая меня. Я срезал одного короткой очередью, кубарем покатившегося по ступенькам. Второй, заметив что-то неладное со своим товарищем, начал разворачиваться, но я вогнал пулю ему в бок и добавил еще одну — в висок, когда черт согнулся от боли.
Штурмовые машины кружили над городом, поливая свинцовым смерчем дома, технички и скагов. Многочисленные пожары превратили ночь в день. Огонь отражался в стеклах моего джипа, пока целого. К нему я и поспешил. Пора убираться из Вашнадала. Тоже мне, спаситель!
