– Ну сама понимаешь. Приглашения «теряются» в почте, так что вы с детьми не попадаете ни на какое мероприятие, комитет, который ты хочешь возглавить, или распадается, или поглощается комитетом, который возглавляет сама знаешь кто. Это, конечно, глупо, и мы уже слишком старые, чтобы так себя вести, но тем не менее. Хизер любит рулить процессом, и по большей части в самом деле бывает полезной, и старается вести себя как можно более мило – даже пригласила меня принять участие в выборе нового учителя обществознания, но это, наверное, потому что я в составе родительского комитета. Но все равно приятно. Хоть какое-то разнообразие. – Линди повернулась посмотреть, кто зашел в кофейню, потом снова перевела взгляд на Мэрили. – Общаясь с этими мамашами, я чувствую себя как в школе. Надеюсь, что со мной станут дружить самые популярные девчонки – как правило, самые мерзкие. У меня, черт возьми, диплом Йеля, но мне постоянно кажется, что я до них не дотягиваю. – Она нахмурилась. – Прости, что вывалила на тебя все это. Просто Бейли устроила Дженне веселую жизнь – не дает ей ни с кем играть, указывает, где ей можно сидеть, а где нельзя, и все такое. А, судя по моему опыту, мерзкие девчонки учатся быть мерзкими у своих мамаш, которые, вне всякого сомнения, в детстве были точно такими же.
Вкус кофе внезапно показался Мэрили горьким. Она держала его во рту, не в силах проглотить. Ей вспомнилось, как она, еще совсем маленькая, сидит в школьном автобусе, который должен везти детей в летний лагерь, и рядом с ней садится толстая девочка с густыми бровями, и потные жирные бедра прижимаются к ее ногам. Это воспоминание теперь, в кофейне, среди женщин, показалось ей совсем блеклым. В отличие от воспоминаний о том, какие гадости она наговорила той девочке. Какой критике подвергла ее внешность. Теперь Мэрили понимала, что девочка ничего не могла поделать со своим весом. А тогда издевалась над ней. И девочка расплакалась. Этот эпизод навсегда въелся в подсознание Мэрили и время от времени всплывал, не давая ей спать по ночам. Мэрили проглотила кофе, сумев не закашляться.
Услышав скрежет колес по цементу, все повернулись к окну, выходившему на парковку, и увидели, как гигантский, очень старый нежно-голубой «Линкольн» заехал своей огромной мордой на тротуар. Водитель не сразу сумел открыть дверь, видимо, потому что она была размером с современную машину и сделана из прочного металла. Линди уже поднялась на ноги.
– Я пойду помогу ей.
Мэрили посмотрела на машину и подумала, что белое облако волос над рулем ей знакомо.
– Это же…
Мэрили знала, что у Душки есть машина, но никогда ее не видела – она всегда была припаркована с другой стороны Душкиного дома.
– Душка Прескотт, – подтвердила Линди, направляясь к двери. Мэрили последовала за ней. – Я тысячу раз предлагала ей сменить машину на что-нибудь посовременнее. Но, увы, она в полном порядке, а Душка явно не намерена с ней расставаться, пока она совсем не развалится.
– Как, и ты знаешь Душку? – удивилась Мэрили.
– Кто же не знает Душку? Мы обе дважды в год участвуем в благотворительной барахолке в доме престарелых, организуем все пожертвования. Она и себе там берет кое-что. У нее уже собралась целая коллекция рождественских свитеров.
Мэрили не успела расспросить Линди как следует, не успела даже удивиться – они уже дошли до машины, и Линди схватилась за дверцу.
– Душка, доброе утро!
Душка нахмурилась.
– Было, пока я сюда не приехала. С трудом нашла, где припарковаться, – откуда только взялись все эти люди?
Мэрили подала было ей руку, но тут же отдернула, заметив сердитый взгляд Душки. Они немного подождали, пока она выберется из машины.
– В школе было собрание, поэтому закончили на час позже обычного, – объяснила Линди.
Душка вышла на тротуар, остановилась, чтобы найти что-то в сумочке. Мэрили тем временем закрыла дверь машины.
– Дайте посмотреть – может, завтра зайду. – Она вынула купон из старого кошелька, такого же винтажного, как ее машина, и протянула Мэрили. – Когда он кончается?
– Сегодня.
Душка тяжело вздохнула, посмотрев в окно на длинную очередь.
– Я и кофе-то не люблю.
Линди и Мэрили удивленно переглянулись.
– Но каждый понедельник «Вестник Свит-Эппла» выдает пенсионерам купон на бесплатную чашку кофе, вот и хожу сюда раз в неделю. Ужасно, что пропадет.
Линди открыла дверь кофейни.
– Может, я постою в очереди за вашим кофе, а вы посидите за столиком с Мэрили?
Душка, как обычно, поджала губы.
– Думаю, это сработает. – Мэрили повела ее к столику. Линди спросила:
– Какой кофе вы хотите?
– Да какая разница. Все равно гадость, как ни приготовь.
Мэрили отодвинула стул для Душки, села рядом с ней, чувствуя, как на них смотрит вся кофейня.
– Я так вам благодарна, что разрешили Колину брать книги о птицах. Они отвлекают его от поисков собаки. Вчера он увидел американского зяблика. Не сразу понял, что это он, но сверился с книгой. Ему в самом деле нужен бинокль – я все забываю купить. Обычно я не хожу в подобные магазины.
Душка держала спину, как всегда, очень прямо, и Мэрили показалось, что она вот-вот улыбнется.
