Ночь, когда она умерла полностью

— Здравствуй, Изольда, — снова заговорила она. — Ты не рада меня видеть? Я проделала долгий путь для того, чтобы тебя найти.

— И зачем же ты тащилась в такую даль? — полюбопытствовала я.

Лорена подошла ко мне и встала так, чтобы я могла видеть ее лицо. Несмотря на прохладное утро, одета она была легко — светло-голубые джинсы, сандалии без каблука и простая белая блузка.

— У тебя есть кое-что, что принадлежит мне. И я хочу это забрать.

— Не понимаю, о чем ты, — пожала плечами я, складывая в пакет пару апельсинов.

— Та вещь, которой ты располагаешь, обладает огромной разрушительной силой, Изольда. Ты не умеешь обращаться с ней. Она убила двух людей, одного из которых ты даже не знала. Она причинила много вреда человеку, который ни в чем не виноват. Она заставила явиться в этот мир демоническое существо, которому не место в этом мире. И она может причинить еще много бед. В том числе, и Саймону. Ты ведь не хочешь, чтобы она сделала Саймону что-то плохое?

Я замерла, не поднимая на нее взгляда.

— Она не причинит вреда Саймону, — сказала я тихо.

— Причинит, — ответила Лорена уверенно. — Ты просто не представляешь, каким количеством темной энергии ты наполнила амулет. Подумай о том, на что способна эта сила, если у нее получилось повернуть вспять твою жизнь.

Лорена протянула руку. С минуту я смотрела на нее, а она, в свою очередь, не двигалась с места.

— Ты его не получишь, — отрезала я.

Она поджала губы.

— Хорошо, Изольда. Если я не могу воззвать к голосу твоего разума, значит, я пойду другой дорогой.

— Ты мне угрожаешь? — удивилась я.

— Вряд ли что-то угрожает тебе больше, чем амулет в твоем кармане.

— Ты хотела идти, Лорена? Не знаю, какие у тебя планы на сегодняшний день, а у меня планов предостаточно.

Лорена спрятала руки в карманы и, кивнув мне на прощание, направилась к магазинчику пряностей.

— Я советую тебе подумать, Изольда, — сказала она, повернув голову и глянув на меня через плечо. — Так будет лучше для всех.

2011 год

Мирквуд

Когда я подошел к дверям дома Изольды, мои наручные часы показывали половину девятого. Ответа на вопрос, зачем я сюда пришел, у меня не было. Ответа на вопрос, что я скажу ей — тоже. Я должен был сюда прийти. Эта мысль прочно засела в моей голове с тех пор, как я увидел Изольду в тот вечер. О том, что она жива и теперь, можно сказать, стала моей соседкой, я узнал от одного из своих друзей, но это известие не вызвало у меня никаких эмоций, кроме дежурного удивления. Как я мог отреагировать? Проведать ее? Я не видел в этом смысла. Все, что должно было быть сказано, мы сказали. А вопросы, ответы на которые мне хотелось бы получить… чем меньше люди знают, тем крепче они спят.

Размышляя об этой истории, я ловил себя на мысли, что испытываю смешанные чувства и не могу охарактеризовать свое отношение к Изольде. Если бы у меня кто-то спросил прямо, кем она для меня была, ответа на этот вопрос я бы не дал. Но после того как я увидел ее тогда, у меня внутри будто поселилось маленькое злобное существо, которое двадцать четыре часа в сутки убеждало меня в необходимости навестить ее еще раз. Теперь Изольда занимала почти все мои мысли. Мысли эти были разными, от светлых до самых жутких. И я решил, что единственный способ избавиться от них хотя бы на пару дней — увидеть ее. Никакой логики в этом суждении не было, но я привык к тому, что в последнее время в моей жизни отсутствует здравый смысл.

Дворецкий узнал меня. Он улыбнулся и пригласил войти.

— Доброе утро, доктор, — сказал он. — Госпожа еще не встала, но я спрошу, сможет ли она вас принять. Я могу предложить вам кофе?

— Нет, большое спасибо. Кофе я уже пил.

Дворецкий ушел и вернулся минут через пять с положительным ответом. «Да, госпожа сможет меня принять».

— Я провожу вас в спальню, — закончил он. — Пожалуйста, следуйте за мной.

Я последовал за дворецким по лестнице, размышляя о том, что спальня — это довольно-таки нестандартное место для приема гостей, пусть и бывших любовников. А заодно и о том, нравится ли мне тот факт, что меня решили принять именно так. Хотя, что ни говори, все лучше, чем готичный кабинет.

Спальня Изольды, к моей радости, оказалась светлой и уютной. Тут преобладали оттенки синего, которые визуально расширяли помещение. Ничего лишнего: кровать, уголок для чтения (столик, два стула по бокам и большой торшер на полу), заставленные свечами углы, большое зеркало и две двери в другие комнаты. Одна из них была приоткрыта, и оттуда вместе с влажными парами почти неощутимо доносился запах ванили — ванная. Вторая была закрыта, но, зная Изольду, не составляло труда догадаться о ее предназначении: гардеробная.

Хозяйка спальни сидела на кровати и изучала свое отражение в небольшом зеркале. Теперь на ней не было ни вуали, ни перчаток, ни закрытого платья. На ней вообще ничего не было, и, казалось, это ее не смущает — она не отвлеклась от своего занятия даже тогда, когда дворецкий сообщил ей, что он привел гостя.

— Спасибо, Роджер, — сказала она. — Ты можешь идти.