— И все же я не совсем понимаю…
Марси подумала, что следует рассказать Айрис все по порядку.
— Когда в семнадцать лет мать выгнала меня из дома, — начала Марси, — мне казалось, что я смогу вырулить на нужную дорогу. Ты же знаешь, что я очень хорошо окончила школу, у меня было полно всяких наград. Потом я поступила в колледж, а затем в «Ди энд Ди».
Айрис согласно кивнула. Ей было все это известно.
— После того как я походила на семинары и послушала все эти беседы, я поняла, через что прошла и что со мной было не так. Мне стало понятно, какие рубцы я ношу на сердце. — Марси глубоко вздохнула. — Все эти годы я никуда не стремилась, не ставила перед собой никаких целей, потому что не верила в себя и не понимала, что я заслуживаю большего. Те люди, которые проводили семинары, объяснили мне, что если буду продолжать делать то, что я всегда делала, то и получать буду то, что получала всегда. А мне совсем не нравилось получать то, что я получала, ведь это было совсем не то, чего мне хотелось. Мне не нравилось спать с мужчинами, которые наутро не могли вспомнить моего имени. Или работать в компании, где босс полагал, что я с готовностью лягу в постель с клиентом, чтобы поднять престиж фирмы. Мне хотелось, чтобы меня уважали. Хотелось быть такой женщиной, которую я сама могла бы уважать.
Закончив столь страстную речь, Марси наконец перевела дыхание. Айрис задумчиво смотрела на нее.
— Что ж, идея, надо сказать, очень хороша, — высказалась Айрис и тряхнула головой, словно пытаясь выйти из состояния ступора. — И как же, по-твоему, должна произойти эта метаморфоза?
— Я собираюсь требовать большего в первую очередь от себя, а потом уже от других.
Марси снова вспомнила ночь, проведенную с Сэмом. Эта ночь многое изменила в ее жизни и в ней самой. С этого момента она стала смотреть на себя по-другому. Иначе она стала смотреть и на человеческие отношения. По-новому она определила для себя и то, чем для нее на самом деле являлась любовь.
— Правда, как я буду это делать, я пока не знаю.
— Не сомневаюсь, ты сделаешь это. Сколько я тебя знаю, ты всегда получала то, что хотела. — Айрис заглянула Марси в глаза. — А помнишь, как в выпускном классе ты решила опросить девочек и выяснить, кто из мальчишек лучше всех целуется, чтобы составить рейтинг. Сначала все думали, что никто из девчонок в этом не будет участвовать.
— Конечно, помню. Тогда в моем опросе приняли участие семьдесят три процента всех девочек, учившихся в старших классах.
На губах Марси появилась довольная улыбка. Ей удалось тогда провести этот социологический опрос и составить рейтинг популярности мальчиков. Об этом проекте говорила вся школа, и именно тогда в Марси проснулась любовь к математике и цифрам.
— Я до сих пор помню лицо Рона Денсмора, имевшего удовольствие ознакомиться с результатами опроса. Не будь он таким трусом и слизняком, он бы отлупил меня.
Рон оказался в списке последним. И когда данные были распечатаны и распространены среди школьников, Рон сделался предметом всеобщих насмешек, которые были далеки от добродушного подтрунивания. Он пришел к Марси, чтобы предъявить ей претензии, однако она сказала, что не виновата в том, что девчонкам не нравится целоваться с толстым слюнтяем.
— Теперь Рон помощник шерифа, — сообщила Айрис, угадав направление мыслей своей подруги.
— Том предупредил меня, — усмехнулась Марси, — что мне не стоит превышать скорость и парковаться в неположенном месте.
Глаза Айрис сузились, и в них мелькнуло что-то вроде некоторого интереса.
— Знаешь, а Рон до сих пор один. Недавно от него сбежала его подружка.
Даже после четырнадцати лет разлуки Марси сразу поняла, что означал этот взгляд Айрис. Она застонала.
— Только не говори мне, что ты по-прежнему продолжаешь сводить всех друг с другом.
— Хорошо, я вычеркиваю Рона из списка претендентов на твою руку и сердце, — пообещала Айрис. — Я уже поняла, что некий таинственный незнакомец околдовал тебя так, что Рону не приходится ни на что рассчитывать.
— Я вообще не собираюсь ни с кем встречаться, — понизив голос, сказала Марси. — К тому же я не люблю толстых слюнтяев.
Проигнорировав замечание подруги, Айрис принялась постукивать пальцами по столу.
— А что ты скажешь насчет нашего нового шерифа? Я еще мало его знаю, но мне кажется, что он отличный парень. У него нет жены, и он очень-очень привлекательный. И еще мне кажется, что вы отлично подошли бы друг другу.
«Господи, спаси нас от друзей, занимающихся благотворительностью».
— Меня это не интересует. — Марси откинулась на спинку стула. — И потом, если ты считаешь этого парня таким замечательным, почему бы тебе самой не заняться им?
— Мне нравятся мужчины, у которых цвет кожи такой же, как и у меня. Ну, ты понимаешь, что я имею в виду, — сказала Айрис, подмигнув Марси.
Она посмотрела на входную дверь, и ее лицо вдруг озарила счастливая улыбка.
— Если чего-то очень хочешь, то это непременно сбывается.
Марси нахмурилась:
— О каких таких сбывающихся мечтах ты говоришь?
