Ночь роя полностью

Короче говоря, джентльмены, мы закончили все дела на Юге. Перед нами последний этап этой миссии. Мы должны найти дорогу в Гуришал. Шаггат должен отправиться к своему племени, чтобы посеять хаос в самом сердце Мзитрина. Только тогда нам позволят вернуться в Арквал и к нашим семьям.

Отт и Хаддисмал выглядели глубоко довольными. Остальные проявляли разную степень замешательства.

— Но, сэр, — сказал Фиффенгурт, — разве не пора высаживать наших людей на Песчаную Стену? Мы говорили об этом только вчера. Людей с зеркалами, чтобы передать сигнал все чисто из Масалыма, когда он поступит.

— Мы никого не будем высаживать на Песчаную Стену, — сказал Роуз.

— Как же тогда, — спросил Чедфеллоу, — мы узнаем, когда Макадра покинула город и каким курсом она направляется?

— Я еще раз говорю, в этом нет необходимости.

— Но я не понимаю, капитан, — сказал Фиффенгурт. — Как мы узнаем, когда будет безопасно вернуться за Пазелом, Ташей и остальными? Может ли леди Оггоск сказать вам и это?

— Оггоск нечего мне не может сказать на этот счет, — ответил Роуз, — потому что мы не собираемся возвращаться.

Взрыв произошел именно так, как он и предвидел. Чедфеллоу и Фиффенгурт поднялись, крича от ярости.

— Вы не посмеете, капитан! — прогремел квартирмейстер. — Оставить их здесь? Как вы можете даже шутить о таких вещах?

— Я не шучу, — сказал Роуз.

— Вы этого не сделаете! — крикнул Чедфеллоу. — Более того, вы не посмеете. Нилстоун...

— ...находится в руках Герцила, — сказал Отт, — или, возможно, тех гвардейцев Масалыма, которые поехали с ним. В любом случае мы ничего не можем с этим поделать. Поверьте, мне очень не хочется оставлять вещь такой мощи невостребованной. Было бы большой радостью преподнести его нашему Императору.

Чедфеллоу сидел, разинув рот. Фиффенгурт был почти не в себе. Он шагнул к Роузу, сжав руки в кулаки. Сержант Хаддисмал, ухмыляясь, просто схватил его за руку. Отт наблюдал за Чедфеллоу с живым любопытством. Ни шпион, ни турах не потрудились встать.

— Это немыслимо, — сказал Чедфеллоу, трясясь от ярости. — Даже для вас, Роуз. Мы отдали вам наше доверие.

— О, доктор, вы бесценны, — засмеялся Сандор Отт. — Вы не давали ничего подобного. Скажите правду, старый человек: вы никогда не ожидали снова их увидеть. Вы знали, что они выбрали изгнание среди рыбоглазых на остаток своих дней — действительно, это был наилучший возможный исход для пылких глупцов, и далеко не самый вероятный. Я не называю вас трусом, сэр. Вы могли бы даже присоединиться к ним, если бы я позволил, потому что вы очень любите свою преступную семью. Но, конечно, я не мог этого допустить. У нас осталось более семисот человек, нуждающихся в уходе, и ни одного врача, кроме вас и этого, этого...

Он неопределенно махнул рукой в сторону Рейна, чьи глаза в замешательстве следили за движением его руки. Отт и Хаддисмал покатились со смеху.

— Краткое правление принца Олика в Масалыме скоро закончится, — сказал Роуз, перекрикивая их. — Макадра, скорее всего, убьет его, если сможет сделать это достаточно тихо. В любом случае, она заменит его одним из своих слуг. Отт прав, доктор: вы с самого начала знали, что мы не вернемся. Как и ваши друзья, сошедшие на берег, в глубине души.

— Вы сами собирались пойти с ними, — сказал Чедфеллоу, сурово глядя на Роуза. — А что, если бы Отт позволил вам присоединиться к экспедиции? Неужели вы бы хоть на мгновение подумали, что, если бы мистер Фиффенгурт принял командование, он бы вас здесь бросил?

— Не Отт помешал мне сойти на берег, — сказал Роуз.

При этих словах Спенглер прекратил свои поиски и сплюнул: Ты лгун, Роуз. Он связал тебя по рукам и ногам. Ты должен пинать этого шпиона, пока его задница не перелетит через поручни.

— Бессмысленные домыслы, — сказал Отт. — Я бы заставил Фиффенгурта плыть дальше, каковы бы ни были его предпочтения. Нет, наше заигрывание с предателями исчерпало себя. Если и было какое-то оправдание их присутствию на борту, то оно заключалось в их попытках помешать Арунису и выгнать его с корабля. Эта работа выполнена, но великая задача Его Превосходительства — нет.

Лицо Фиффенгурта стало таким багровым, что Роуз почти ожидал увидеть, как кровь заливает белки его глаз. Чедфеллоу удерживал его силой. Челюсть доктора была сжата, как будто слова, которые он не осмеливался произнести, застряли у него между зубами. Он глубоко, прерывисто вздохнул.

— Сандор Отт, — сказал он, — вы человек огромных талантов, огромной энергии и силы.

Широко улыбаясь, словно готовясь к грандиозному развлечению, Отт откинулся на спинку стула и заложил руки за голову.