Ночь роя полностью

Фелтруп тоже проявил интерес к бумагам Чедфеллоу или, по крайней мере, к одной из них: журналу учета времени & мест, где появлялась Зеленая Дверь. Восхищение дверью перешло, как микроб, из разума доктора в разум крысы. Марила говорит, что он прочитал журнал шесть раз подряд, а потом начал умолять ее побегать с ним по палубам, чтобы посмотреть, действительно ли Чедфеллоу нашел закономерность. Я полагаю, они верят, что так оно & есть.

Что касается самого доктора, то мы забальзамировали его морским способом, пока каким-нибудь образом не выберемся из этой бухты.[13] И сколько времени у нас есть на эту маленькую работу? Сегодня в пять склянок ласточки вернулись (вместе с лордом Талагом & его хмурым эскортом) & унесли еще икшелей, а в семь склянок сделали то же самое. По меньшей мере сотня уже сбежала из «Чатранда». Большинство из них даже не оглянулись на него, но некоторые все же взглянули, & их медные глаза смягчились от нежности. Худшая из лодок все еще пытается спасти нас от моря.

В восемь склянок Фелтруп обратился со странной просьбой — об аудиенции с бедным капитаном Магриттом, китобоем, которого мы подобрали в Нелу Рекере, & его кесанцами. Конечно, Магритт слеп — вернее, был ослеплен во время бойни в Масалыме. Икшель упал ему на голову сверху, & на этом все закончилось. Два ножа, ток-ток. Ему повезло, что он это пережил, сказал нам Чедфеллоу. Я часто спрашиваю себя, согласен ли с этим Магритт.

— Из-за чего ты хочешь его побеспокоить? — спросил я Фелтрупа.

— Спасение мира! — пропищал он. Мне пришлось прикусить губы, чтобы удержаться от крика Только не ты! Я попытался оттянуть решение до вечера, но, к моему удивлению, он стал довольно жесток со мной.

— О каких одолжениях я когда-либо просил вас, человек с седыми бакенбардами? Или я не заработал ни одного? Вы считаете меня разговорчивым, возбудимым, хранителем колеблющегося ума. Вы думаете, что мои тревоги — перхоть на ветру.

— А теперь, Крысси...

— Наша гибель близка, мистер Фиффенгурт! Рой Ночи растет каждый день. Он не лгал насчет этого!

— Кто именно?

— Кто! Кто! Это именно мой вопрос! Его зовут не Тулор, он лжет! Но если я угадаю его истинное имя, он будет моим!

Мужчина не может выдержать такое количество бреда. Я разбудил Магритта & повел его & Крысси в отсек на главной палубе, где спят кесанцы. Для китобоев & перевоспитавшихся каннибалов они на удивление миролюбивая компания. Все четверо выше шести футов ростом, & у них на груди длинные горизонтальные шрамы от каждого выстрела гарпуном. Но они боятся колдовства больше, чем самой смерти, &, на самом деле, еще не оправились от битвы с чудовищными крысами. При виде Фелтрупа (который бросился к ним, что-то бормоча) они вскочили на ноги & убежали через противоположную дверь. Нам пришлось ковылять за ними по палубе & спускаться по лестнице № 4 на спасательную палубу. Потребовалось немало усилий, чтобы успокоить их, прежде чем они согласились послушать говорящего грызуна.

Больше всего меня раздражал Фелтруп; осмелюсь сказать, убийство Чедфеллоу подействовало на нас обоих сильнее, чем мы предполагали. К счастью, он хотел от китобоев только одного. Это было значение слова «Казизараг», которое, как я понимаю, он нашел в своем благословенном Полилексе. Он каким-то образом пришел к выводу, что оно уходит корнями в их родной кесанский язык & что Магритт был единственным на борту, кто мог бы осуществить перевод.

На самом деле он оказался прав по всем пунктам. «Казизараг» означает «жадность» или «обжорство». Но это слово вызвало нервный смех у жителей Кесанса, & после некоторого колебания они & Магритт рассказали, что это слово также относится ко многим дьяволам или богам-злодеям в их рассказах: Учудиду Казизараг — «Жадный Свинья-Дьявол», который крадет из хижины бедняка, пока тот рыбачит на рифах.

— Конечно, это он! — взвизгнул Фелтруп, подпрыгивая от восторга. Затем он повернулся & посмотрел на меня снизу вверх. — Мне нужно золото, мистер Фиффенгурт! Очень много & быстро!

Я вывел его из комнаты & понизил голос:

— Ну же, Крысси, зачем ты говоришь такие глупости?

— О, неужели я теперь глупый? — выпалил он в ответ. — Вы не проводили никаких исследований. Вы наслаждались свежим воздухом & приятной компанией, пока я сидел один на кровати Таши, переворачивая страницы зубами. И все это время он кричит, кричит за этими железными прутьями.

— Железные прутья? Ты говоришь о ком-то на гауптвахте?

Фелтруп покачал головой:

— Скажите мне, быстро: вы знаете, где находится клад? Великий клад, часть императорской казны?

Я был поражен:

— Он не в одном месте. Они распределили его по более мелким тайникам. Хотя я довольно хорошо догадываюсь, где находится один из них.

— Вы должны его ограбить & принести мне сверкающее сокровище.

— Но почему?

— Почему?! — заорал Фелтруп. — Почему, почему, почему, почему! Из всех ребяческих слов на арквали! Из всех пустых, обглоданных, безвкусных, зверино-кошачьих...

— Ко всем чертям твои комментарии! — рявкнул я.

— Итак, вы отказываетесь.