День рождения Стеллы был в тот же день, что и у меня, и сейчас она снова раздавала пригласительные на празднование. В прошлом году Стелла пригласила и нас, правда больше для того, чтобы поиздеваться. Она звала школьников одного за другим, но нам только широко улыбнулась и пошла дальше.
– Если она думает, что мы расстроимся из-за этого, то сильно ошибается, – заметила Тандер. – Она, наверное, даже представить себе не может, как я рада, что на этот раз мне не придётся туда идти.
В этот момент по лестнице поднялись Скай, Найт и Сафир. Тут же, пританцовывая, Стелла подошла к ним и передала им конверты.
– Класс, я рад! – сказал Скай.
– Как это на него похоже, – проворчала Тандер. – Не пропускает ни одной вечеринки, придурок!
Мы пошли дальше, наблюдая, как они общаются со Стеллой. Мой взгляд сам собой нашёл запястье Найта, и я с разочарованием обнаружила, что он больше не носит мой браслет. На самом деле я понимала, что он не может носить его постоянно. Да и что в этом такого?
Парни попрощались со Стеллой и теперь шли в нашу сторону, отчего мой пульс всё сильнее стучал в ушах. Остановится ли он передо мной? Поздравит ли? Может, у него действительно есть подарок для меня? Все трое расслабленно общались друг с другом, шутили и смеялись, а потом свернули в следующий коридор.
– Не переживай, – утешила меня Селеста, – он наверняка просто не заметил тебя или не хотел поздравлять тебя при всех.
Я кивнула и изобразила улыбку. Наверное, она права, хотя я не сомневалась, что его взгляд ненадолго остановился на мне.
Весь день я поглядывала на Найта и злилась из-за этого сама на себя. В глубине души мечтала о том, чтобы он хотя бы поздравил меня, показав, что думает обо мне. Чем больше времени проходило, тем более беспокойной и разочарованной я становилась. Найт же не мог забыть, ведь он знал, что мой день рождения в тот же день, что и у Стеллы. Самое позднее, когда она передала ему приглашение, он должен был вспомнить об этом. Значит, ему всё равно? Или он просто не успел поздравить меня? Но в это я поверить не могла.
– Не вешай голову. Парни просто дураки, – объяснила Тандер. – Наверняка он просто забыл.
– Я так не думаю, – сказала я.
– О, сомневаюсь, что он помнит, когда у кого день рождения. Если бы в его шкафчике не скапливалось море подарков, он бы, наверное, забыл, когда его собственный праздник. Просто парни такие. Глупые и безмозглые!
По её словам я поняла, что она всё ещё обижается на Ская.
– Очень надеюсь, что ты ошибаешься, – раздался знакомый голос. Я обернулась и улыбнулась, увидев Фэйт.
– Есть какой-то конкретный парень, из-за которого ты так расстроена? – спросила она.
– С ней это всегда один и тот же парень, – заявила Шэдоу.
– Неправда! Как по мне, пусть делает что хочет, мне это совсем не интересно.
Фэйт засмеялась:
– Просто скажи, что тебе не везёт в любви. И кто же это?
– Что, прости? Последнее, что я чувствую, – это любовь!
– В это веришь только ты, – раздражённо ответила Шэдоу.
Тандер как раз хотела что-то возразить, когда нам навстречу попались Дюк и его друзья.
– Господи, что ты делаешь? – сердито кричал Спайк вслед своему приятелю.
– Сколько можно повторять? – заорал Дюк в ответ, его взгляд наполнился ненавистью. – Хватит с меня айслесса! Есть более важные вещи, почему вы этого не понимаете?
– Господи, из-за чего ты вдруг стал таким странным? – спросил Спайк. – Тебя будто подменили. Что случилось? Ты ушёл из команды, больше не говоришь с нами, сидишь один! С тобой точно что-то не так!
– Это с
– Чёрт, ну что ты за задница? – заорал Колд. – Не хочешь иметь с нами дела? Думаешь, ты нам нужен? Я сразу понял, что такому богатому ублюдку верить нельзя!
– Да, вот именно! Проваливай! – крикнул Спайк.
Колд в гневе сплюнул, развернулся и вместе со Спайком бросился вон из коридора.
Дюк тоже потопал прочь. Похоже, он заметил нас только сейчас и одарил взглядом холоднее льда. Я почти чувствовала его ненависть.
– Ух ты, вот это круто! – заметила Тандер, после того как он исчез.
– Что это было? – удивлённо спросила Фэйт.
– Не самый лучший способ расстаться, – подтвердила Шэдоу.
– Да уж, он прогнал своих последних друзей, – холодно констатировала Тандер. – Удивлена, что кто-то вообще мог его терпеть.
Бывшие друзья не казались заинтересованными в примирении, потому что их не видели вместе в течение следующих нескольких дней. Дюк в основном сидел один, но его это, похоже, не трогало. Однако он выглядел подавленным и напряжённым. Его друзей разрыв тоже не волновал. Они продолжали жить по-прежнему и прекрасно справлялись без него.
